Дорога в один конец

И есть у людей для этого все основания. Как в бой иной раз ввязываюсь – как говорится, планка падает. Реально иногда не помню ничего. Потом уже ребята говорят… И порою такое!

– Ну… – развожу я руками, – ты может и не совсем неправ. Я, действительно, тот еще перец. В бою берега не вижу.

– Так то с немцами, – неожиданно спокойно говорит Руслан. – С ними и я далеко не воспитатель детского сада. А у тебя иногда такое и к своим проявляется. Это мне и не глянулось. Оттого и на бой тебя вызвал. Я ж с кинжалом с детства, тут мне равных нет! Во всяком случае, раньше не было.

– Да я и не обижаюсь.

– Нет, – не соглашается со мною собеседник. – Ты не понимаешь! Вот сошлись мы с тобой, ведь свои же все, да? А ты со мною, словно с фашистом себя ведешь, вообще без… ну, как шофера говорят, без этих… без тормозов, во!

– Ну… – ещё не понимая, куда он клонит, соглашаюсь я.

– Вот! Так и надо, ведь в бою так же будет! Не станет немец никого жалеть!

Не могу с ним не согласиться, о чем и сообщаю.

– Нельзя бойцам спуску давать! Даже на учениях – в бою-то ещё хуже будет! А я вот не понял тебя сразу… разозлился. Победить хотел!

– Почти смог. Без вывертов, серьезно, уж поверь! Ты тоже тот ещё мастер, это сразу понятно.

– Э! – машет рукою темпераментный замкомвзвода. – Мастер буду, когда тебя поборю! Тогда – да!

Он уже совсем успокоился, его более ничего не гнетёт. Скинув с плеча вещмешок, распускает горловину и протягивает мне извлечённый оттуда сверток.

– Держи! Подарок это!

В развернутой тряпке обнаруживается кинжал. Характерный такой, типично кавказский, только не очень длинный, обычно они больше бывают.

– Деда это, – уже ниже тоном сообщает мне Гарипов. – В Дикой дивизии он воевал, при царе ещё! И до этого тоже… На фронт когда я уходил, отец дал. Как ты работаешь – не обычный нож иметь надо, не то! Такой вот кинжал – в самый раз! Пусть он тебе поможет, как и деду моему помог в своё время.

Фигасе мужик даёт! Для него такую штуку подарить… это тоже, знаете ли, жест! И что ответить? Не взять, когда он от всего сердца дарит – обида смертная!

– Обожди! – хлопаю его по плечу. – Минутку всего, лады?

Ну, положим, в минуту я не уложился.

– Вот! – протягиваю сверток Руслану. – Это от меня! Подарок! Негоже хорошего человека с пустыми руками провожать, а?

Там офицерский «Вальтер ППК» и две запасные обоймы.