Превосходство Неодаренного. Том 1

– Новус – выходцы из Северной и Южной Америки. Самый многочисленный клан. Демократы. Подмяли под себя технологическое преимущество в мире.

Учитель перемещает центр тяжести на левую ногу, отчего формы попы играют новыми красками.

Парни ахают, девушки осуждающе ворчат.

– Согласна, – кивает Элеонора, – Новус – он такой. А теперь Джунсиначи – это практически вся Азия. Последователи чистой крови, от чего их очень мало, но каждый член – могущественный одаренный. Удивительно, но слово «коррупция» для них страшный позор.

На очередное движение Элеоноры парни ёрзают на стульях.

– Филзели – с африканского континета. Самые немногочисленные и скрытные. Попасть в их ряды практически невозможно. Особенно нечерному. О их деятельности практически ничего неизвестно. Хотя кому я вру. Мне немного известно, но об этом я не расскажу.

Ученики переглядываются. В их глазах разочарование. Видимо они надеялись, что хоть в школе что-то узнают про этот клан. Я бы тоже с удовольствием послушал.

– Вельтешафт – европейское объединение.

На сегодня главенствующий мировой клан. И аристократами могут называться только члены этого клана. Богатейшие люди мира, влиятельные политики. Пять лет назад они разнесли клан Новус за первенство в мире. Неудивительно, учитывая их особые… увлечения суммой. Но да ладно, об этом поговорим на отдельных занятиях.

На задних рядах слышатся смешки.

Элеонора замирает на месте. Поворачивает голову, смотрит на улыбающегося толстяка с родимым пятном на подбородке:

– Что ты сказал? – улыбается Элеонора.

Толстяк бледнеет. Я тихо хмыкаю. То, что он сказал мои уши уловили. А вот как это сделали уши Элеоноры, для меня секрет.

– Ничего. Я ничего не говорил…

– Говори громче, я не слышу. Ты мужчина или кто?

– Я ничего не говорил, учитель.

Элеонора поворачивается всем корпусом, медленно шагает в его сторону, цокает каблуками, улыбается.

– Если я дойду до тебя первее, чем ты сознаешься, что сказал… То прости… Но ты пожалеешь до конца обучения.

Шаг, второй.

Какая горячая женщина. Признаю, она даже меня немного впечатлила.

Толстяк скулит:

– Пожалуйста…

Еще шаг. Она совсем близко. Но ничего не говорит, только улыбается.

Толстяк встает, опрокидывая стул, закрывает глаза, визжит:

– Я сказал, что у вас клевая задница! Простите меня! Простите!

Еще шаг.

– Повтори дословно.

– Клевая жопа у этой цыпки!

Класс выдыхает. Гробовая тишина. Элеонора останавливается.

– Молодец. Да, я знаю, что она клевая.