Деньги не пахнут – 3. Транснациональная корпорация

Едва парень отошёл, как я внимательно посмотрел на стоящего рядом со мной Мичи, одного из самых доверенных людей Горо и его правую руку.

– Я согласен, господин Реми, – прямо сказал тот, не став, в отличие от Горо, ломаться, словно девственница, – при нашем прошлом разговоре я только и хотел услышать сам, что он откажется.

– Ты это услышал, – я спокойно посмотрел на него, и подросток кивнул.

– Ты прошёл ту же школу у Диего, что и Горо, так что примерно представляешь качество новой полиции, но можешь не беспокоиться, я дам тебе в помощь нужных людей, чтобы помогли тебе разобраться в первое время.

– Благодарю вас за доверие, господин Реми, – склонил он голову.

– Завтра встретишься с госпожой Аякой Тайра, она в курсе нового направления, познакомит тебя с бывшими полицейскими, которые и будут тебя консультировать. Один был капитаном, второй лейтенантом, так что можешь смело на них рассчитывать, опыта в создании и руководством полицейским участком обоим не занимать.

– И тем не менее почему вы тогда предложили эту должность мне? – подросток внимательно на меня посмотрел. – Горо ведь обещал подумать.

– Он слишком долго думает. Поэтому иногда, Мичи, преданность бывает нужнее профессионализма, – я пожал плечами, – но сам понимаешь, это бывает не всегда.

– Я буду учиться, господин Реми, – он склонил голову, – понимаю важность всего этого.

– Тогда договорились, – кивнул я, и парень отступил на пару шагов назад.

Французы, пока я разговаривал с Мичи, рассортировали по силе пленников и стали принимать их в клан, я пошёл к своей группе, чтобы проделать то же самое.

– Что вы делаете? Я требую… – ко мне засунули говорливого князя, так что один взгляд, и бросившиеся на него подростки из охраны быстро показали ему правила поведения.

Но князь, как и всяческий аристократ, был неугомонен и спесив, так что стал угрожать нам, рассказывая, как снимет со всех кожу, как только он освободится. При этом на нас смотрели не только десять его родственников и наёмников, но и охранники.

– Мичи, – позвал я, показав на лежащего рядом парня, и провёл большим пальцем по горлу. Подросток, вытащив нож, без колебаний схватил показанного мной сына князя за голову и перерезал ему горло. Булькающие звуки прекратились, когда тело задёргалось в агонии, зато воцарилось полное молчание. Князь Оболенский лишь от ужаса открывал рот, боясь произнести что-то ещё в мою сторону.