Театр надежд

Языки бело-синих волн ласкали скалистую равнину, разбиваясь у ног, женских ног Театра.

Теперь Артур понимал, что он не зря решил поменять свою жизнь, расставшись с хорошей должностью в Москве. Впрочем, как и Эндрю. Эндрю тоже не мог отвести глаз от великолепной архитектуры, идеально сложенного в ансамбль прошлых времен, на равнинной скале. Только Эндрю посещало сразу два чувства – восторг и отчаяние. Ему ужасно не хотелось, чтобы кто-то из актеров узнал, что он не частный доктор, а обычный официант.

Впервые в жизни Марк Маяковский задумался о том, чтобы начать писать стихи. То, что возвышалось перед его глазами должно быть воспето всеми поэтами мира. Сейчас, Марк вдыхал соленый воздух моря, восхищаясь окружающей его красотой. Осознавая, что еще и на счету висит приятная сумма, Марк был готов раскрыть любое преступление. Надеясь, что это будет исключительно касаться денежной стороны Театра. И никаких убийств.

Подплыв к песчаному причалу, трупа подняла голову верх, но Театра, будто не существовало.

Плотный серый туман накрыл скалистую равнину, поглотив здание для выступлений.

«Что-то здесь много странного, – записал на диктофон Филипп, и поглядел на Полидоруса». Но его след простыл. Филипп вышел из лодки, держа в руках свой багаж, и направился к крутой спиральной тропе, по всей видимости, ведущей к Театру Надежд. В ушах заморосил дождь. Он не успел оглянуться, как его чуть не сбили с ног. Вся трупа хотела скрыться от дождя, в стенах Театра.

Телефон выпал из рук Филиппа, он быстро наклонился и подобрал его. Почувствовав легкое головокружение, он сел на корточки. Он снова ощутил себя не нужным, худым доходягой. «Но ничего, – с обидой в голосе, произнес он вслух, – я им всем еще отомщу». Сказав это, он поднял голову к небу и увидел, как его накрывает огромная тень от скалы. Он помчался мигом вперед.

Глава 3

Преодолев подъем к Театру, полный состав актеров оказался перед громадной желтоватой стеной из тесаного камня.

Деревянные двери автоматически открылись, и вся группа вошла внутрь.

Оказавшись в центре большого зала, Катя открыла от удивления рот. И не сдержав эмоции, заверещала от радости.

Аня обернулась, испугавшись громкого эха, глянула на Катю Русских. Ей все это, как Кате не пришлось по нраву. Здесь царила странная тишина. А голые стены намекали на то, что здесь не так часто ходят люди.