Завтра никогда не наступит

 – «Покарауль пока тачку. В этих чертовых фавелах, что угодно, может случиться».

Он толкает дверь и исчезает в недрах бара.

Второй вылезает из автомобиля и разминает ноги. Затем закуривает и осматривается.

Громила-охранник тоже возвращается в бар. А пьянчуга по-прежнему сидит на тротуаре. Похоже, что он уснул. Недокуренная сигарета выпала из его руки и потухла. Он медленно покачивается вперед-назад, практически падая, но каждый раз удерживая равновесие.

«Старый город… Что за помойка…», – бормочет Второй себе под нос, глубоко затягиваясь и выпуская дым через нос.

Он мгновенно забывает про пьяницу, уснувшего на тротуаре, поскольку беспрерывно думает о том, что ему необходимо отлить. Он думает об этом, с того самого вокзала, где они встречались с Праведником.

Кофе, который приходится пить галлонами на «этой сучьей работе», дает о себе знать.

Второй оглядывается. Вокруг ни души. Если, конечно, не брать в расчёт все того же пьянчугу.

Но он уже стал практически невидим, для взгляда и разума, затуманенных нуждой.

В общем, никого.

Не в силах больше сдерживаться наш молчаливый персонаж бросает окурок в сторону и бежит за угол здания. Расстегивая на бегу пиджак и брюки, он достает из штанов свой изнывающий член. И, наконец, расслабляется…

Опершись рукой о не совсем чистую стену (это уже не имеет значения) он стоит, кажется, целую вечность.

Сколько же жидкости он в себе накопил…? Никак не остановиться.

В это время его напарник уже сделал заказ и нетерпеливо ждет за стойкой бара. Постоянно одергивая проходящих мимо официанток и в грубой форме интересуясь, как скоро принесут его бургеры.

Но вот минуты томительного ожидания подходят к концу. Первому приносят пару бургеров в сером бумажном пакете и кофе, по вкусу напоминающий горькую воду.

Голод уже разыгрался не на шутку, поэтому Первый тут же достает один бургер и откусывает почти половину.

Тщательно пережевывая, он направляется к выходу.

На улице он обнаруживает Второго с открытым в немом возгласе удивления ртом и расстегнутыми штанами. Первый резко перестаёт жевать и секунду вникает в то, что произошло.

Парковка перед баром пуста. Нет, те два ржавых корыта, бывшие здесь еще до их приезда, так и остались стоять на своих местах.