Земля новая

Не понял, я ей что – сковородарь? Но примус пришлось раскочегарить. Керосину было жаль, конечно, на эту блажь, но улитки неожиданно оказались вкусными, заразы такие. Особенно приправа к ним. Прошлогодняя. Нашлась в одной из покосившихся избушек. На этикетке Heinz напечатано. Должно быть, немецкая. Ну, и чёрт с ней. Всё равно на улитках этих и кончилась.

Ха, спор у нас с Коляном вышел на эту тему. Я ему говорю:

– Этот соус – «Генц» называется.

– Ты брешешь, я буквы немецкие читать умею. Тут «Хайнц» написано.

– А поэта их знаменитого лирического ты Хайнрих Хайне называешь?

Стушевался Колян. С роду никаких немецких поэтов он никак не называл, ибо не ведал о существовании оных. Спасла Варвара:

– Поэта звали Генрих Гейне. Чем больше узнаю людей…

– Тем больше нравятся собаки, – закончил я строфу. – Когда уходят герои…

– На арену выходят клоуны, – тут же подхватила Варя.

– Эка у вас система пароль-отзыв отлажена, – удивился Коля Неледин.

– Потому что мы – культурные люди.

– Культурные люди улиток не едят, – парировал Колян, явно приревновав меня к Варваре, что я быстро нашёл с ней общий язык.

Под вечер Коля тепло посмотрел на Варю и потащил даму остров осматривать. А я поёжился и в палатку полез. Тем более что воздушная движуха началась. Палатка – лучшее комароубежище. Вот и решил я на досуге и репеллент сэкономить и «Роман-газету» почитать. Пропустил когда-то давно пару номеров. А когда навёрстывать, как не в отпуске?

Ночью явилась ещё одна автомобиль.

А что не так? Обыкновенный запутанный русский язык, ничего не выдумываю. В правилах написано: слова, оканчивающиеся на «ль», могут быть как мужской, так и женской породы. Ага, на выбор рассказчика… Так тут она вся кругом женская: за рулём – Тетяна. Серые очи хладным огнём насквозь простреливают. Полуулыбочка-полуусмешечка присутствует. Мол, знаю я вас. С таких как вы глаз не спускай! А сама автомобиль розовая. Морда стальная, горячая. Четырьмя солнцами-фарами в темноту шпарит. Воздух на два мира режет: тот, где уже проехала, и тот, где вот-вот поедет. И Тетяна с этой автомобили вылезла вся такая. Хвосты резинками из-под денежных пачек собраны, торчат в разные стороны. Чёлка смешная на поллба. Вышитый мандалой балахон до колен со шнуровкой заместо декольте.

Впечатлился я об неё, но виду не подал. Полез обратно в палатку сон ночной досапывать. На Коляна напоролся. Тот дрых без задних тапок с улыбкой блаженного. После прогулки с Варюшей.