Пока светит солнце

Вот и кромка откоса. Прыгаем!

У-ух!

Не промазать бы… хотя цель хорошая!

Н-на!

Лязгнули зубы, и на секунду в глазах помутнело.

Левая нога промахнулась и попусту просвистела в воздухе. Зато правой ногой капитан точнехонько припечатал солдата, который уже начал подниматься с земли. Восемьдесят килограммов веса, да при прыжке с почти четырехметровой высоты… госпиталь гарантирован. Тому, на кого весь этот груз и свалится.

Так, что мы имеем?

Клиент, которому ногой припечатал – лежит. И долго ещё лежать будет, такой пинок, если и сразу дух не выбьет, то уж здоровья точно не прибавит.

Чуть в стороне второй лежит. Оружия нет, надо думать, это тот, которому сучком прилетело. Тоже можно некоторое время на него не смотреть – ему сейчас не до драки.

А вот и третий.

Поднимается с земли, башкой вертит – очухался? Надо срочно вскакивать – сейчас фашист осерчает и начнет…

Вскочив на ноги, солдат огляделся по сторонам. Товарищи лежат рядом, никто из них не шевелиться, а напротив него стоит русский.

Офицер! Оружия не видно, стоит и ухмыляется. Как это он нас? И чем?! Быстрый взгляд по сторонам – никого рядом нет. Он один? Один! Ну что ж… тем хуже для него…

Как и ожидалось, немец в драку не полез. Зачем? Ведь у него есть карабин, а противник безоружный стоит. Стало быть, логика подсказывает ему – есть оружие – им и пользуйся! И солдат так и поступил. Рванул с плеча свой карабин. Ну-ну… этого-то нам и нужно.

Прыжок вперед, немец дернулся – поздно!

Подбив ладонью приклад и, ухватившись за ствол, капитан провернул карабин в воздухе.

А ремень-то у фашиста при этом на шее оказался – из руки выскользнул, да точнехонько туда и попал… правильно, ведь он оружие, как и предписано – через голову снимает! Наш-то крутанул бы прикладом вперед, оружие на грудь перемещая, да тогда уж и снимал бы, в сторону при этом уходя. Так то наш… Мамсуровым тренированный… не немец!

А мы карабинчик-то ещё повернем…

Теряющий сознание солдат, забил ногами, пытаясь хоть как-то вывернуться из захвата.

Увы… жесткий ружейный ремень, безжалостно сдавивший горло, никаких шансов не оставлял.

Чуть подергались в судорогах ноги, загребая песок – и всё. Выпустив из рук обмякшее тело, Ракутин поднял с земли карабин немца. Надо и о других солдатах позаботиться, а то, не ровен час и они в себя придут.

Уже не придут.

Капитан устало опустился на землю и перевел дух. Все, с этими гавриками покончили.