Без

Эрих рассматривал петли странных дверей, размер деталей конструкции поражал. Если это не ангарная стальная дверная система, то зачем она тут? Отойдя от дверей, Эрих вздернул подбородок. На плитах вырезаны какие-то то ли символы, то ли иероглифы, то ли что-то чудное и трудночитаемое. Вспомнив несколько знакомых иероглифов из китайских и японских кинофильмов, Эрих почесал затылок. Не похожи ни на йоту. Зато какие-то они, надписи, чуждые. Рядом встал Игорь, пытавшийся как-то расшифровать буквально выдолбленную в сверкающей горной породе надпись.

Сплюнув, повернулся к Эриху и хлопнул того по плечу.

– Не парься, прорвемся. – Сказал Игорек. – Мы тут застряли. Но поезд никуда не ушел. Если что, пойдем назад пешком.

– Здравая мысль. – Поддержал нового знакомого Эрих. – Но как думаешь, что это за место вообще?

– Заброшка, лишняя ветка, возведенная еще во времена Сталина, аттракцион с конечной остановкой, короче, не знаю. – Буркнул толстяк. Оба нервно улыбнулись. Обойдя весь периметр, двое приятелей, постелив под зады вещи, присели, как и все пассажиры.

Чуть погодя люди стали собираться организованными группами, решая насущные вопросы о еде, питье и туалетных делах. Тихо-мирно обсуждались варианты спасения. Паники не наблюдалось, так как свет на станции горел без перебоев, поезд никуда не уезжал. Так и застыл в открытыми дверьми. Все без исключения надеялись, что вот-вот заявится какой-нибудь работник, выпрыгнет из тоннеля или кабины, крикнув что-то вроде «Привет всем! Вы попали на Тв-шоу «Прокатись с ветерком!»». Выдав людям подарки за подневольную поездку в неизвестность, шоумен и студийные сотрудники отправят народ по домам.

Время растягивалось в режиме ожидания… ожидания чего-то, чему люди искали какое-то объяснение. Никто так и не посетил пассажиров. Эрих на глаз определил, что людей около трех сотен. Утащить такую толпу на тупиковую остановку без выходов, то еще предприятие для розыгрыша или телевизионной программы.

Могли ли это сделать военные, поставив тайный эксперимент? Сомнительно. Ведь это не просто незаконно. Семьи пропавших без вести трехсот человек заметят.

Или не заметят вовсе. В мире пропадают тысячи ежедневно. Половину так и не находят. И ничего. Не трубят СМИ об этом, не задаются вопрос ученые и отделы уголовного розыска во всех странах. Ищут, ищут, не находят. Пропажа человека быстро забывается. Даже дети не так ценны, как кажется.