Корпорация «Коррупция»

Потом и кровью. До мяса сдирая ладони и зубами вгрызаясь в твердый гранит. Выходил, взлелеял не благодаря, а вопреки. Ему никогда и никто не покровительствовал, не протягивал руку помощи, не подталкивал снизу и не тянул наверх. Он все взял сам. Не отобрал у кого-то, а получил право взять и пользоваться, распоряжаться. Он и дорогая супруга. Без нее, без крепкого тыла не вышло бы жесткого и несгибаемого Бориса Андреевича Штурмина. На ее плечи лег тяжелейший груз терпения, бескорыстной веры в его силы и его успех. Как там, в одном известном фильме: чтобы генеральшей стать, надо с молодым лейтенантом по гарнизонам помотаться! Она все снесла: и тяготы, и лишения.

Стойко, как настоящий солдат.

И что же, теперь он позволит себе сдаться, отдать старания долгих лет без боя?

Ну, уж нет!

Не впервые он оказался под прицелом, бывало и хуже, и страшнее. Всегда выходил из любой передряги с честью и живой. А сейчас ему не за что оправдываться и просить прощения. Зато есть, ради кого жить!

…Холодные зеленые глаза, напрочь лишенные эмоций и чувств, внимательно следили за жертвой.

Воздух, подобно высоковольтным проводам, казалось, гудел от напряжения. Ладонь, сжимавшая пистолет, вспотела, и указательный палец предательски соскальзывал со спускового крючка. Руки не дрожали, но это была иллюзия – нервное возбуждение достигло своего апогея.

Борис Андреевич Штурмин глядел прямо перед собой. Приняв окончательное решение, почувствовал облегчение. Срез пистолетного ствола больше не сковывал его движений, не парализовал волю.

Только малахитовые глаза палача не сулили пощады. Для убийцы тоже все было решено: приговор окончательный и обжалованию не подлежит!

Смерть!

Конец всего сущего. Просто конец. Конец, не сулящий облегчения ни для одной из сторон. Не точка, а клякса в финале пьесы.

Сейчас, или никогда! На последнюю схватку может не хватить запала. Борис Андреевич медленно и уверенно поднялся на ноги, не сводя непреклонного взгляда с глаз оппонента, отметив, как качнулся в руке «Вальтер».

Ему не в чем было себя упрекнуть.

– Я всегда был с тобой предельно честен… Здесь не было никакого кидалова…

Разразившегося грома он не услышал, как не увидел и отскочившего назад затвора, выплюнувшего дымящуюся гильзу. Понимание пришло мгновением раньше, когда в горящих зеленых глазах проскочила едва заметная желтая искра ненависти.

Смерть… Конец… Пустота…

Простите меня, если сможете…

Часть первая

На месте преступления

1.