Владетель Альдеррийский

Немая сцена затягивалась и Эдик, пользуясь моментом, склонился к клановому старейшине.

– Где Аларок? – прошептал он, насколько мог тихо.

– Тайкури Аларок где-то в подземельях, – также тихо ответил Стор Эровар. – Мудрит что-то со своими приборами. С самого утра его не видел.

Гм, – к магистру Рэнерайо начал возвращаться дар речи. – Так вот, владетельный лорд Эддард, как я уже говорил, две вещи. И первая из них – удостовериться в законности ваших притязаний на Альдеррийские земли.

И застыл, пердун старый, с выжидательным выражением на лице.

Не то, чтобы Эдик сильно волновался по поводу сути вопроса, но чёрт, как же сейчас не хватает Аларока. Вечно он пропадает, когда так нужен мудрый совет. Придётся теперь самому выкручиваться. Эх, вспомнить бы ещё, что учитель тогда говорил. Эдик помолчал с минуту, собираясь с мыслями, и ответил.

– Законность моих притязаний подтверждает Единый свод законов Аркенсейла, – выдал он одним предложением, надеясь, что подробности не понадобятся.

– И каким же это образом, позволю себе спросить, – потребовал разъяснений королевский посланник, не удовлетворившись коротким ответом.

– Ну кому, кому, а вам стыдно не знать такие вещи, магистр, – не удержался от завуалированной издёвки Эдик. – Тем самым образом, что я лично вернул территории, захваченные иноземцами, под руку короля!

– Вот прямо так под руку короля? – старый волшебник слегка покраснел от злости, но пока эмоции сдерживал. – То есть вы не отрицаете монаршую волю как таковую.

Конечно, нет, с чего бы мне это делать, – Эдик равнодушно пожал плечами, а потом вдруг наигранно ужаснулся, словно его только что осенило осознание крамольности слов магистра. – А вы что, мэтр Рэнерайо, отрицаете?

Королевский маг и на эту выходку не нашёлся с ответом, только зубами скрипнул от уязвлённого самолюбия. Бьёт его нынешний хозяин Альдерри, бьёт по всем фронтам. И вполне заслуженно, надо сказать. Это надо же было сделать скоропалительные выводы, основываясь всего лишь на первом впечатлении и непрезентабельном внешнем виде.

С его опытом и мудростью, подобные оплошности попросту не позволительны. Эх, век живи, век учись. Дураком помрёшь. Рэнерайо достал из рукава ещё один свиток, поискал глазами письменные принадлежности. Но, прежде чем взяться за перо, он с сожалением посмотрел на баронета. А тот сидел, впившись взглядом в стол и, закусив губу, играл желваками и сжимал кулаки.