Весна сменяет зиму

И даже здесь в них смотрели стволы автоматов и пулемётов. Отношение к ним можно было сформулировать так – «чем меньше их помрёт здесь, тем дольше они будут умирать на фронте».

К ним вышел пожилой офицер в комбинезоне защитного цвета, осмотрел их пустым взглядом из-под густых бровей и, сплюнув, сказал.

– Заводи по одному.

Двое автоматчиков схватили под руки одного из «добровольцев» и завели в цех. Потом ещё одного, потом ещё и так далее. Вскоре пришла очередь и Китти.

В сопровождении двух солдат горохраны она вошла в помещение цеха, пахло горелым пластиком, и было довольно прохладно, толстые бетонные стены не пропускали тепло.

Освещение было слабым и лампы то и дело мигали, в дальнем углу, сваленные в кучу, стояли станки и прочие фабричные механизмы. А перед ней, за массивными деревянными столами сидели члены комиссии, которые, без особого интереса, решали судьбы бывших преступников. Рядом с ними суетились несколько женщин среднего возраста, они выдавали форму, которой здесь была целая куча, выше трёх метров. Китти подошла к офицерам и помнив слова Брана, решила спасать свою жизнь, собравшись с силами поприветствовала офицеров по военному. Пожилой майор кивнул ей в ответ, а рядом сидящий капитан, подняв взор на девушку, скривил лицо и сказал:

– Ну, а баб то зачем понабирали! Тву! Совсем сума по сходили, что ли какой от тебя прок-то деточка? Пули своей милой мордашкой ловить?

– Товарищ капитан, я Китти Лина, в недавнем прошлом я являлась сотрудником штаба армии в звании лейтенанта, прошла обучение в военной академии Муринии, обучена военному делу и обращению с оружием.

– О как!– удивился офицер, подняв свой взгляд, и тут же опустил его вновь в личное дело Лины.– Гляди-ка и вправду лейтенант! Как тебя сюда занесло-то? Хотя здесь все написано. Содействовала медивским террористам. О, как! Так ты почти по политической статье сидела! За тобой нужен глаз да глаз, а то ненароком умыкнёшь к врагу!

– Всё произошедшее является глупой ошибкой с моей стороны, я пожелала разобраться сама, вместо того, что бы доложить незамедлительно своему командованию.

Вину не отрицаю и желаю доказать свою преданность государству и армии.– оправдывалась Китти.

– А это уже ни кого не волнует, деточка!– тут же высказал ей крупный, разжиревший капитан. – Рот закрой и не рыпайся! Мы сами всё решим, сейчас тебе выдадут форму, размера, конечно-же твоего нет, на баб не рассчитывали, переодевайся и снова к нам.

– А где переодеваться? – смущённо спросила она.