Мгновения Летнего сада. Повесть о любви и чести

? Вы просто спаситель! Вы не представляете, что вы сейчас сделали. – молодая барышня, мелко моргая, смотрела на Данилу. Юнкера охватила дрожь, лёгкий ветерок сильно холодил его промокшую форму, прилипшую к телу.

? Не стоит, сударыня. Это м-м-мой долг. – с небольшой дрожью в голосе ответил Шилякин.

? Господи, да вы весь дрожите! – её глаза, блестя от недавних слёз, смотрели на юнкера с искренней благодарностью и сочувствием.

? Так, быстро садитесь в экипаж. Иначе заболеет не спасённый, а спаситель.

И я просто обязана Вас отблагодарить.

? Не стоит, н-н-нам пора в-в училище, с-с-сударыня.

? Не называйте меня так. Зовите просто по имени – Надин. Надин Юльевна Литке. – она приклонила голову и присела в лёгком книксене, но видя, как юнкер было начал открывать рот с целью произнести новые оправдания своего отказа, сказала:

? И не спорьте! Вон вы уже зубами клацаете. Вам нужно обсохнуть и выпить чего-то согревающего. Предвидя Ваши возражения, прошу уволить меня от них.

Если хотите, то считайте, что мне стало плохо и Вы, как будущий русский офицер, просто обязаны сопроводить даму.

Данила переглянулся с Блихером, тот явно не желал никуда ехать.

? Шилякин, мы опоздаем на вечернюю поверку, аистом не отделаемся на этот раз.

? Идите, Симеон Карлович. Этот проступок действительно может оставить серенькое пятнышко на Вашей белой репутации отличника поведения.

? Как хотите, Шилякин. Графиня, честь имею. – Блихер приподнял кепи и зашагал в сторону Гренадерской улицы.

? Его Императорского В-в-величества юнкер Шилякин, к Вашим услугам графиня.

? Садитесь уже, Вы весь дрожите, юнкер Его В-в-величества. – передразнила Данилу графиня.

Шилякин, подал руку графине и помог подняться в экипаж, затем вошёл сам и захлопнул за собой дверцу.

***

Дом графа фон Литке стоял на Васильевском острове и представлял из себя большое красивое здание на территории паркового типа, занимавшего добрую часть квартала.

В таких домах Даниле бывать ещё не приходилось, но наука этикета, преподаваемая в училище, должна была ему помочь.

– А у юнкера Его Величества Шилякина есть простое человеческое имя? – Спросила Надин Юльевна, стоя в большой зале графского дома.

– Данила Валерьянович, Ваша светлость. – Шилякин покорил себя, за ранее вульгарное обращение «мадам» к графине.

– Прекратите с «вашими светлостями», Данила Валерьянович, просто Надин Юльевна.