Неизвестный Пири

Закончив есть, он откидывается назад на своем стуле и потирает живот, часто приходит к столу в грязных нижней рубашке и штанах, хвастается, что причесывается только по воскресеньям, и его волосы, которые он не стриг с момента отбытия из Нью-Йорка, свисают прядями над ушами и шеей. На днях, когда он что-то показывал на скатерти, по его руке проползла вошь. В целом он грязнущий представитель мужского населения, но хороший работник и человек с очень добрым сердцем.

Следующим, пожалуй, будет Дж. Вергоев, он странный и жутко неказистый карлик.

В нем нет ничего от джентльмена. Очевидно, что он не получил никакого домашнего воспитания. У него есть какие-то деньги, и он обучался в научной школе. Он крайне эксцентричен и воображает о себе, что он – эталон любезности и настоящий денди. Без сомнения, у него не все в порядке с головой. Ему ничего не стоит плюнуть на пол, и он рассказывает о своих родственниках: один из них – полисмен, другой содержит богадельню и т. д. Он ограничивается двумя приемами пищи в день и во время еды просто набивает свой желудок, перемешивая все блюда на одной тарелке, что отнюдь не способствует аппетиту других участников экспедиции. Но мужчины говорят, что у него очень доброе сердце. Он не может одновременно заниматься больше чем одним делом, но это дело он выполняет тщательно, и на него можно положиться.

Дальше следует Лэнгдон Джибсон. В его внешности нет ничего отталкивающего, такого, как у двух вышеназванных людей. Раньше он был посыльным, затем – служащим на Уолл-стрит, и очевидно, что он воспитывался среди людей из более высокого общества.

Его внешность, как, к сожалению, я должна отметить, единственная его положительная характеристика. Он ленивый, инертный, подхалимистый, законченный лжец и, кроме того, трус. Хотя он заявляет, что он – орнитолог, он знает о птицах немногим больше, чем заурядный охотник-любитель. У него нет никакого общего образования… и он на каждом шагу демонстрирует свое невежество.

Эйвин Аструп – иностранец, и поэтому не всегда может изъясниться на английском языке.

Когда мне случается быть в комнате вместе с ним, он кажется молчаливым и застенчивым, не могу сказать о нем много. Он был бы привлекательным юношей, блестящим молодым человеком, если бы содержал себя в чистоте. Остальные научили его ругаться, и, кажется, он считал первоочередной задачей сквернословить как можно больше. Первое, чему он учит туземцев, когда они появляются, это go to h-[25 - Вероятно, go to hell – «идите к черту» (англ.).].