Стоящие за твоим плечом

Но – коснулся лука Игорь!

– Стрелу…

Хлёстко хлопнула тетива – и оборвался монотонный голос в голове!

Словно бы несколько иных голосов разом вскричали там что-то своё!

– Стрелу!

Ещё одну…

– Нет стрел больше, воевода…

Молчал голос…

Голос ли?

– Оставь головню. В землю воткни – вон там. И к Василько топай, пусть сюда кого-нито пришлёт. И быстро!

– Сделаю! – голос у парня срывался от волнения.

Молодой ещё совсем…

Видать, первый серьёзный бой у него случился.

Обнажив меч, боярин однако не спешил подходить ближе к поверженному…

Поверженной?.

Что это такое было?

Ему никогда не приходилось о таком раньше слышать. Разве что давешний старик о чём-то похожем говорил…

Как он его тогда обозвал? Совил?

Да кто ж его ведает-то?

Может, и совил…

А может – и кто другой.

Шорох!

Боярин обернулся, вскидывая оружие.

– То я, воевода, – пробасил Василько. – Что тут у тебя? Митяй бледный прибежал, зуб на зуб не попадает. Толком ничего и не сказал…

– Глянь! – кивнул боярин на тёмное пятно.

Дружинник шагнул вперёд, но, не доходя пары шагов, остановился. Протянул руку назад.

– А ну-ка, дайте мне копьё!

Кто-то из пришедших с ним торопливо сунул ему в руку оружие.

Василько примерился, отвёл руку назад…

– Хех!

Словно беззвучный вопль пронёсся над лесом!

Беззвучный – но в грудь Игоря будто толкнуло. И не только его, он увидел, как попятились некоторые воины. Устоял только Василько, наклонился вперёд, словно сопротивляясь порыву ветра.

– Сильна нечисть! – покачал он головой. – Ан супротив честного железа и ей не устоять!

А воевода обернулся к дружинникам.

– Жердей нарубите, да подсуньте снизу. Приподнимем, ремнями притянем – да так и потащим. Не сами – пущай ту поклажу тати несут. Это им всем урок будет!

Урок и впрямь – оказался весьма поучительным. Носильщиков пришлось истинно дубьём подгонять – никто добровольно не хотел тащить такую ношу.

Хм…

А как же они раньше-то с эдакой нечистью вместе уживались?

* * *

В деревню груз заносить не стали – сбросили на лужайке, поставив рядом крепкую сторожу.

И только тогда Игорь поспешил найти Деда.

Впрочем, он и сам вскорости объявился, даже на поиски никого посылать не пришлось.

Вошёл в дом, не чинясь присел на лавку.

– Барсэг где? Почто не вижу его?

Воевода помрачнел…

Кот не погиб тогда в бою, как всем сначала показалось. Но был очень и очень плох – его тоже несли на носилках.