Кремль 2222. Петербург

Далее – четыре гранаты РГД-5, два НА-40, так называемых «ножа разведчика», пачка «сталинских» папирос «Герцеговина флор» (хорошо живут забетонированные!), самодельная зажигалка, сделанная из винтовочной гильзы, две портативные аптечки. Само собой, ни воды, ни еды амбалы с собой не захватили. И это плохо, так как нам с Аньей хоть их самих забивай на антрекоты – и у нее глаза голодные, и я, признаться, не отказался бы перекусить, запивая ужин желательно не болотной водой.

– Жить хотите? – осведомился я у амбалов, которых связал их же поясами.

«Мой» энергично кивнул, от усердия аж ткнувшись квадратным подбородком в грудь. «Аньин» же лишь промычал что-то нечленораздельное, поводя вокруг себя бессмысленными, налитыми кровью глазами. Понятно. Болевой шок. Крепко же его приложила моя спутница. Вот что делает с прекрасным полом постапокалипсис… Хотя, это неудивительно. Хочешь выжить – учись бороться за выживание, аксиома простая до примитивизма.

– Это хорошо, что хотите, – сказал я, пробуя на изгиб сталь клинка НА-40.

Хорошая сталь, несмотря на внешнюю неказистость ножа, меж ребер войдет как по маслу. – Так вот. Сейчас ты выйдешь на свет и очень убедительно попросишь своих сородичей обменять ваши жизни на недельный запас провианта и свежей воды. И мы просто уйдем. Идет?

– Они нас расстреляют, – повесил голову «мой». – Вообще без вариантов.

– Сколько в укрепрайоне реальных бойцов? – поинтересовался я, задумчиво подравнивая ножом слегка треснувший ноготь.

– Больше тысячи! – с вызовом отозвался амбал.

– Хочешь, я тебе один глаз выколю, а потом продолжу допрос? – предложил я. – Соврешь снова – второго лишишься. Как тебе такой вариант?

«Мой» затравленно зыркнул на нож в моей руке, мазнул взглядом по его автомату, теперь висящему на моем плече. На Анью глянул было, но тут же отвел взгляд – уж больно нехорошим, белым огнем горели ее глаза.

– Сорок три человека, – выдавил он из себя. – Не считая баб и ребятишек. С ними чуть больше сотни будет.

– Так я и думал, – кивнул я.

 – Это называется «каждый боец на счету». Поэтому не бойся. Вы слишком ценный товар для обмена, чтобы так вот запросто вас в расход пускать. Но если ты еще будешь кочевряжиться, боюсь, твои сородичи решат, что мы вас съели, и наверняка попытаются выкосить лес из орудий и пулеметов. Если, конечно, и те, и другие в рабочем состоянии и укомплектованы боеприпасами под завязку.

Судя по тому, как амбал на мгновение опустил глаза, я попал в точку.