Закон кровососа

Лишь напоследок выдернул «Бритву» из черепа мертвеца и привычно сунул ее обратно рукоятью в ладонь.

Получилось неожиданно больно. Мой нож и раньше возвращался в мою руку, даря целую гамму неприятных ощущений, а сейчас мне показалось, что он вернулся на старое место, преодолевая нешуточное сопротивление моей плоти. Будь я человеком, вряд ли осилил бы всунуть «Бритву» обратно. Но тут мускулатура выручила, впихнул резким толчком, через силу. Если так будет дальше продолжаться, то пусть лучше уж мой нож останется в руке навсегда, нежели я буду терпеть такую боль.

Хотя нет.

Не в руке.

В лапе.

Такую граблю, перевитую буграми мышц, называть рукой уже как-то язык не поворачивается.

Сначала я шел, а потом побежал, опасаясь не совладать с собой и вернуться к кормушке. Потому что уже сейчас в моей голове билась мысль: «А чего такого? Жрут же люди быков, свиней, куриц. Почему мне теперь нельзя пить человеческую кровь, если я уже не человек и моральные ограничения людей на меня не распространяются? То есть хомо сапиенсам кушать быка не в падлу.

Тогда почему бык должен сдерживаться, если ему вдруг захочется отведать человечинки?»

Вот от этих мыслей я сейчас и убегал по лесу, то и дело затягивая ремень еще на одну дырку, – жир на брюхе горел, словно в топке. При этом мои мышцы продолжали наливаться силой… а щупальца на морде удлинялись. Трансформация продолжалась. Организм пережигал ненужное, совершенствуя сам себя.

Жаль, что люди так не умеют. Сколько б жира, ненужных органов и волос пошло в дело вместо того, чтобы мешать жизни, лишним грузом болтаясь на тушке и внутри нее.

Я бежал, ловко огибая деревья, так, как никогда до этого не бегал. Будучи человеком, по лесу так не поносишься – или об корень споткнешься, или веткой глаз выколешь. Да и просто сил не хватит лететь по пересеченной местности со скоростью пришпоренной лошади.

Но я бежал свободно, легко, как во сне, увиденном совсем недавно, потому что в ногах силищи было немерено и в руках – не меньше.

Опасные ветви плотоядных деревьев, что тянули ко мне свои конечности с шипами-кровопийцами, я просто ломал одним ударом – или подныривал под них прежде, чем они успевали хлестануть меня по лицу. Я перестал думать о плохом и сейчас просто упивался собственной силой, по меркам дикой природы недоступной довольно хилому человеческому телу.