Закон охотника

Но ты не переживай, мы ее даже не трахнули, хотя Длинный хотел. Но я ему сказал, что товар портить нельзя. Помнут девчонку, а потом научники на Куписте скажут, что не кондиция…

– Ты закончил? – поинтересовался Краев, борясь с желанием рискнуть и всё-таки нажать на второй спусковой крючок.

– Да, не видишь, что ль, всё снял, и ботинки тоже. Носки и труселя тоже надо или свои возьмешь? Они вон там, в рюкзаке.

Андрей на автомате перевел взгляд туда, куда указывал грязный палец бандита…

И тут произошло невероятное.

Потому, что не может человек за долю секунды преодолеть три метра и выхватить обрез из рук противника. Андрей, может, и посильнее был, но от неожиданности не смог удержать оружие.

– Так то, отмычка зеленая, – усмехнулся бандит, направляя ствол в лицо Краева и одновременно касаясь пальцами свободной руки камня, висящего на шее. – Ты, поди, за такие артефакты и слыхом не слыхивал у себя на Большой земле, лошара? Зря ты в Зону поперся. И братана моего завалил зря…

Конечно, Андрей не стал ждать, пока бандит вдосталь насладится моментом и намелет языком всё, что собрался намолоть.

Он рванулся влево, уходя с линии выстрела, но противник оказался на редкость шустрым – резко повел стволом вслед за головой Краева… и нажал на спуск.

Когда стреляешь сам, грохот не так слышен. А вот когда палят в тебя, почему-то оно всегда громче. Может, психологический эффект такой, может, что еще. Но последнее, что промелькнуло в голове Краева, было: «Прости, Рита, не смог я тебя выручить…»

Хммм… Длинная фраза.

Которая как-то долго думалась. Пуля всяко быстрее летит, чем такое объемное прощание из семи слов, прокручиваемое в голове…

В следующую секунду Андрей осознал: живой! И даже, похоже, не раненый. Только в ушах звенит изрядно, но от этого не умирают.

А потом он увидел лежащего на полу бандита, из развороченной глазницы которого торчал глубоко всаженный в нее ружейный курок – в кровавой каше был виден лишь его изогнутый кончик. Искореженный обрез валялся рядом.

Понятно. Патрон повышенной мощности разорвал старое, изношенное оружие, вогнав фрагмент ствола и оторванный курок в мозг стрелка.

– Вот оно, значит, как, – сказал Андрей, слегка ошарашенный произошедшим – вроде уже и одной ногой на том свете стоял, ан нет, удалось ту ногу обратно в этот свет втащить. И тут его внимание вновь привлек камень на груди мертвеца, который неестественно светился, словно внутри него кто-то зажег яркий крошечный фонарик.