Закон охотника

Но Краев на нервы никогда не жаловался – в спецуре нервных быстро на гражданку списывают. Поэтому он лишь взвел курки обреза и продолжил движение вперед, разве что немного темп сбавил.

И вовремя.

Навстречу ему из чащи ломанулось что-то кошмарное, размером с медведя. Морда – будто ее в мясорубке прокрутили и то, что получилось, на череп налепили. В той морде, похожей на развороченную кучу дерьма, два глаза торчат. Большие, бессмысленные, круглые, навыкате. Под ними пасть размером с чемодан, из которой на землю капает густая пена.

Передние лапы напоминают большие суставчатые когти.

Это то, что Андрей успел рассмотреть прежде, чем чудовище кинулось на него, раззявив свой хавальник и вылупив глаза так, что они того и гляди вывалятся.

– Ну охренеть, – только и успел сказать Краев, поднимая обрез. А еще выстрелить успел. Дважды. Осознавая, что этот разогнавшийся танк вряд ли получится остановить пулей.

И правда, не получилось. Хотя и попал – видел, как черная кровища после его выстрелов хлестанула из морды во все стороны.

Но факт остается фактом: эта громадная куча бесформенного мяса продолжала нестись на него.

В армии Андрей не раз проходил обкатку БТРом и танком. И в окопе, и без такового. И лицом вниз, и лицом вверх, при этом искренне не понимая, на фига это надо. Ну, разве что проверить воина на предмет, не тонка ли у него кишка. А так-то в боевой обстановке кто в своем уме уляжется на пути бронемашины, точнёхонько под ее пулеметы?

Однако оказалось, что не зря отцы-командиры натаскивали подопечных таким макаром.

Пригодилось. Именно сейчас, когда справа деревья, кусты и толстые корни, торчащие из земли, и слева то же самое. То есть не отпрыгнуть. Хотя нет, можно было скакнуть влево, в проплешину, по краям которой густо росли кусты… Но Андрей почему-то не скакнул. Предпочел упасть назад, тренированно скруглив спину и пропуская над собой гнусно хихикающую громадину.

В двух сантиметрах от уха вонзился в землю костяной коготь, после чего Краева обдало невыносимой вонью тухлого мяса и гниющего дерьма.

Что, впрочем, не помешало ему лежа на спине сломать обрез, вынуть из него стреляные гильзы, вставить два последних патрона и вскочить на ноги.

Вовремя.

Тварь, поняв, что жертва куда-то делась, уже разворачивалась для повторной атаки. Харя у нее, кстати, еще кошмарнее сделалась. Один глаз выбит, а вторая пуля снесла с черепа порядочный шмат мяса, аж череп видать. Но, похоже, боль твари пофигу. Снова готовится броситься.