Тень на ярком солнце

Дверь отворилась, и в кабинет вошла горничная с подносом, на котором стояли три чашки дымящегося кофе и сахарница. К сахару не притронулся никто. Романов молчал, предоставляя клиенту возможность говорить то что ему угодно и когда угодно. Филиппо тоже не торопился начинать разговор. Наконец он сделал маленький глоток и обратился к гостю:

– Как вам Италия, господин Романов? (На всякий случай Паола переводила.)

– Я люблю вашу страну, синьор Аньелли. Я здесь бывал неоднократно.

– Зовите меня Филиппо, если хотите доставить удовольствие.

Романов наклонил голову в знак согласия.

– Меня зовут Василий. Базилио.

– Мне говорили, что вы из военной семьи и сами в прошлом офицер.

– Да. Я уволился с военной службы в звании майора.

– Тогда, если позволите, я буду называть вас майором. Я с глубоким почтением отношусь к военным. В каких войсках служили, майор?

– В воздушно-десантных, – ответил Романов и почему-то добавил на итальянском: – Paracadutisti.

Итальянец уважительно наклонил голову.

Затем немного помолчал и сказал:

– Я приглашаю вас отобедать с моей семьей, а после обеда мы поговорим о деле.

Стол был накрыт в большом зале со стенами, увешанными старинными гобеленами. Несмотря на дневное время, бронзовые бра тускло светили. Романову очень хотелось взять какой-нибудь предмет из старинного сервиза и перевернуть, чтобы посмотреть производителя. Его отец коллекционировал старинный фарфор, который собирал в период спецкомандировок по всей Европе. Поэтому Романов неплохо разбирался в старинной посуде.

За обедом присутствовали синьора Аньелли, Паола и старшая дочь Мариза, мать погибшего Фабио. Сам Филиппо сидел во главе стола. Романова посадили на почетное место по правую руку от хозяина. Прослушав несколько лекций о европейском этикете, которые ему прочитал отец, Романов знал, что все здесь имеет смысл. Четверо слуг обслуживали стол под присмотром пожилого джентльмена, судя по всему – дворецкого.

Когда синьора Аньелли обратилась к нему, он сделал Паоле знак рукой, который означал, что он будет обходиться без перевода.

Беседа явно удалась, хотя несколько раз Паоле, внимательно слушавшей, но не принимавшей участия, приходилось переводить фразы синьоры Аньелли на русский.

Романов, которому приходилось обедать в старинных замках клиентов в Англии и Австрии, отметил насколько итальянская аристократия проще в общении, чем английская и австрийская. Но в чем они были одинаковы, так это в деликатности.