Восьмая степень свободы

Она не чувствовала никакой боли в окровавленном боку, никакого страха, ею владело только холодное ожесточение и желание выжить и отомстить.

«Ну что же, – зло усмехнулась про себя Сара, – так просто я не сдамся». В ее голове уже был готов план спасения, и если повезет, она сможет оторваться от погони, а уж если нет – она дорого отдаст свою жизнь, в том она была уверена.

Глава 5

Майк Фостер с огромным удовольствием сейчас бы перекусил. Дежурство сегодня тянулось невыносимо долго, и он уже часа два назад страшно проголодался.

Впрочем, отправляясь на службу, он заранее знал, что именно так и произойдет. Из-за этого сегодня он был особенно зол, так как после смены ему надо было ехать на встречу. Перспективу провести вечер голодным скрашивало лишь то обстоятельство, что сегодня он увольняется из армии.

Наконец-то у него начнется нормальная жизнь. Денег поначалу ему хватит, за это время он найдет себе занятие по душе, заведет подружку, съездит куда-нибудь в отпуск. А то он толком нигде и не был за свои тридцать два года.

Военные операции конечно же не в счет. Особенно если учесть, что после одной из таких поездок он три месяца валялся в госпитале, после чего стал негоден для боевых действий и остаток контракта провел на военном складе.

Впрочем, Майк не жаловался. Он даже считал, что ему повезло. Здоровье он, в конце концов, восстановил и заодно заработал неплохие деньги. Когда он увольнялся из армии, сослуживцы все как один сказали, что он совершает ошибку – работа непыльная, жалованье платят, чего тебе еще надо? Пришлось врать – Майк сказал, что захотел поработать по специальности, а в армии ему этой работы не дождаться.

Майк все это обдумывал по дороге на встречу с покупателем. Его приятно грела мысль, что к моменту ухода на гражданку ему удалось сколотить себе неплохой капиталец. А сегодня он его еще чуть приумножит – продаст ворованные а-клоны и заработает неплохие деньги. Воровать ему было не впервой – вся юность прошла под надзором полиции. В Америке, в районе, где жила его семья, кражи считались обычным делом.

В его трущобе пили, кололись, воровали и убивали каждый день. Постоянно кто-то либо отправлялся в тюрьму, либо выходил из нее – только для того, чтобы угодить туда опять в самое ближайшее время.

Он не пошел по проторенной дорожке только потому, что дальний родственник отца пристроил парня в армию. Как он тогда бесился и протестовал, столько раз сидел в карцере, отбывал постоянные наряды вне очереди, бегал лишние кроссы.