Закон затона

Туман колыхался, расступаясь впереди и смыкаясь за спиной, и казалось, что он изучает путника, рассматривает, обнюхивает, как опытный торговец, принимающий дорогой товар.

– Настя, что это за место? Где мы?

– А ты не догадываешься? – удивилась кио.

– Край… вечной войны? – запнувшись, предположил шам. – То есть мы умерли?

Настя улыбнулась.

– Но если мы видим друг друга, слышим и любим по-прежнему, то какая разница, умерли мы или живы? – проговорила она. – Главное, что мы вместе, верно?

– Верно. – Фыф сделал еще один шаг и взял любимую за руку.

 – Только ты и я, снова вдвоем.

– Не, только вы вдвоем не получится, – сказал Рудик, выходя из тумана вместе с Рут, которую держал за руку. – Будем дружить семьями. Просто тут много всяких тварей водится, и вчетвером отбиваться от них сподручнее, чем вдвоем. Кстати, рад тебя видеть, одноглазый.

– Взаимно, – радостно улыбнулся Фыф.

Монумент не обманул. Он вернул ему счастье, казалось бы, потерянное навсегда. И действительно, какая разница, где ты обретешь это счастье – в жизни или после смерти? Главное – что оно здесь, с тобой! Ведь что может быть прекраснее, чем быть в окружении друзей и держать за руку любимую, зная, что она тоже любит тебя?

Единственное, что смущало Фыфа, – это туман.

Который становился все гуще, местами свиваясь в угрожающие тугие узлы, похожие на клубки огромных серых змей. Вот один такой клубок размером с трехэтажный дом приблизился – и в нем утонули сначала Рудик, а после Рут, такие же счастливые и улыбающиеся, не почувствовавшие опасности – и внезапно растворившиеся в ней…

И кисть Насти стала какой-то слишком нежной, словно он не ее держал за руку, а клок тумана, стремительно таявший в его пальцах…

Фыф резко повернул голову, чтобы взглянуть в лицо любимой – но вместо него был лишь туман, подступивший слишком близко.

Ничего не было вокруг, кроме проклятой мерзкой живой взвеси, заполнившей собою все…

И тогда Фыф закричал.

Жутко, с надрывом!

Потому, что терять свое счастье раз за разом намного страшнее, чем умереть.

Смерть – она один раз. А вот потери, повторяющиеся снова и снова, хуже любой самой ужасной гибели. Ты словно возрождаешься – и умираешь вновь, только еще мучительнее. Потому что, возродившись, каждую секунду ждешь, когда же все потеряешь опять…

От дикого крика шама туман вздрогнул. В его плотной структуре образовались провалы, и он начал стремительно таять, открывая перед Фыфом знакомую унылую картину.