В связи с особыми обстоятельствами

По-прежнему прятались за укрытиями немцы, и зорко сторожил малейшее движение пулеметчик на бронетранспортере – Алексей видел, как он настороженно поводит стволом своего оружия.

Свисток!

Откуда-то сбоку.

Эхом ему откликнулся второй – немцы сигнализировали о занятии позиций.

И это неприятно озадачило Ракутина, второй свисток прозвучал совсем неподалеку.

М-м-мать!

Отползти?

Поздно – можно выдать себя шевелением травы. Да и неизвестно где солдаты попрятались, может, прямо на них и выползу…

Лежим… и не отсвечиваем, второй раз уже не повезёт.

А на дворе обозначилось движение.

Ныкавшийся в какой-то ямке белоповязочный прихвостень, неохотно встал на ноги (видать, ему доходчиво пояснили его обязанности) и, помахивая над головой какой-то тряпкой, осторожными шажками приблизился к полуоткрытым воротам сарая. Дальше идти не рискнул и заорал оттуда:

– Немецкое командование предлагает вам сложить оружие! Сопротивление бесполезно! Красная Армия разбита по всему фронту и бежит!

Проорав эти слова, он зайцем сиганул за ту самую колоду, куда прежде упал подстреленный немец.

И тотчас же выкатился назад – раненый ухудшать свое положение не хотел и от души пнул незваного гостя.

В воротах сарая обозначилось какое-то движение. И на свет выступил, точнее, проковылял одинокий боец. Левая нога была у него обута в сапог, а правая – щедро обмотанная каким-то тряпьем, подтянута к поясу веревкой. Опирался он на винтовку, которую использовал (как недавно и Ракутин) в качестве импровизированного костыля.

– Стоять! – раздался выкрик со стороны немцев. – Оружие бросайт!

Боец разжал руку, и винтовка шлепнулась в пыль. Сам он оперся спиной о створку ворот.

– Кто есть ты?!

Ветер стих, и Алексей мог различать слова.

– Сомов…

– Кто?

– Сомов я!

– Ти ест один? – поинтересовался говорящий по-русски немец.

– Хожу один. Прочие лежачие все…

– Кто стрелять?

– Ну, я…

Со стороны немцев шустро вывернулось трое солдат.

Опытные черти – ни один из них ни разу не перекрыл своим товарищам сектор стрельбы. Быстро подскочив к сараю, первый из них отбросил в сторону винтовку и, припав на колено, взял проем ворот на мушку карабина. Второй, наклонившись к земле, осторожно заглянул внутрь. Некоторое время он приглядывался, потом махнул рукой. Стороживший красноармейца третий немец, одним движением подскочил к своему товарищу, а когда тот скользнул внутрь сарая, занял его место.