В связи с особыми обстоятельствами

Да и в Красной Армии такое практиковалось…

Так даже и там народ позволял себе чрезмерно расслабляться. За что закономерно и огребал. Грешили этим все – немцы тоже исключением не были. И финны. Про испанцев – и вовсе говорить нечего, там всеобщее раздолбайство достигало порою совершенно неописуемой величины.

Но в данном случае вышеперечисленные «товарищи» отдыхали – по сравнению с белоповязочными прихвостнями все они сейчас выглядели бледно…

Ибо указанные деятели не только не смотрели по сторонам, но даже и оружие свое поставили у стеночки – чтобы не мешало потрошить чужие вещи.

А замок с массивного сундука сбивали топором, который, надо думать, где-то здесь и отыскался.

Скорее всего, они резонно полагали, что любой гипотетический злодей (буде таковой тут откуда-то возьмется) первым делом обязательно нападет на часового – как на самую слабую часть банды. Лезть же на основные силы мог (с их точки зрения) только сумасшедший.

Ну-ну… думайте так и дальше…

Звякнул об пол металл – замок наконец-то поддался усилиям мародеров.

Махавший топором мужик удовлетворенно крякнул и отшвырнул его в сторону – не нужен более. И напрасно – такая вещь всегда в хозяйстве пригодится, вот и запихнём его сзади за ремень…

Скрипнула крышка сундука, и вся троица заинтересованно уставилась в его нутро. Старший из них нетерпеливо отпихнул локтем соседа – не мешай! И ничуть не удивился тому, что сбоку стало свободнее – ясно же дураку сказано…

Неладное он почуял только тогда, когда что-то острое кольнуло его в район поясницы.

Открыл рот, но сильная рука перехватила горло – и не вышло крика…

Третьего белоповязочника Алексей огрел подобранным топором – вытаскивать нож было некогда. А тот уже начал было разворачиваться на шум.

Второй, подколотый им в печень, ещё сучил ногами по полу, но с ним уже всё было ясно – не жилец.

С него Ракутин и снял кобуру с наганом – не помешает. Морщась от брезгливости (ещё и руки об таких марать…) вытер клинок ножа и сунул его в ножны.

Так… что мы имеем?

Три винтовки – две трехлинейки и польскую.

Все – не новые, порядком уже потасканные. Здесь разве что патроны пригодятся – та винтовка, что в траве осталась, намного лучше выглядит.

Пнув ногою вещмешок, поставленный к стене, капитан обнаружил в нём каравай хлеба, и изрядный шмат сала – как это немцы его зевнули? Или прихвостни его ещё раньше зажать успели? Тайком от хозяев, так сказать… Почти полная литровая бутыль с молоком – горлышко заткнуто деревянной пробкой.