Жуга. Осенний лис

 – Ох, что-то темните вы, хлопцы… Салом смажь, а то руку сотрёшь.

– Смажу, смажу… А где оно?

– Горе ты моё! В погребе, где ж ещё… Да сиди, я сама схожу.

Она вышла из-за стола, взяла свечу и откинула крышку подпола, как вдруг отскочила назад и с ногами взобралась на лавку:

– Ай!

Збых и Жуга обернулись, встревоженные.

– Что стряслось?!

– Мышь!!!

Серая проказница и впрямь не замедлила появиться, блеснула глазками, стрелой метнулась по полу и скрылась в углу.

Збых прыснул и вдруг захохотал, звонко, заливисто.

Ружена соскочила на пол и с укоризной глянула на брата.

– Говорила тебе, давай кошку заведём.

– Эх, сестрёнка, этакой крохи испугалась… Эка невидаль – мышка тащит сыр детишкам. Мышка тащит сыр детишкам… – повторил он, словно пробуя слова на вкус, и вдруг прочёл:

– Что ты тащишь, мышка?

– Сыр несу детишкам.

– Где взяла? – Купила.

– Крону заплатила.

– Что ж ты сдачи не взяла?

– Так хозяйка же спала!

Збых вознамерился было снова рассмеяться, да глянул на сестру и осёкся.

В глазах девушки затаился страх. Она посмотрела на Жугу, на брата, снова на Жугу и медленно попятилась к двери. Не оглядываясь, вслепую нашарила шубу.

– Ружена, ты чего? – Збых привстал. – Постой, куда ты…

– Не подходи! – вскрикнула та. – Стой, где стоишь!

– Руженка, погоди!

Но прежде чем кузнец сделал шаг, девушка распахнула дверь и выскочила вон. Збых остался стоять посреди избы в растерянности и смятении.

– Чего это с ней? – как бы про себя сказал кузнец. Посмотрел на приятеля.

 – Можешь ты объяснить? Чего молчишь?

– Могу, – хмуро ответил Жуга. – Это рифмач.

– Кто?

– Вайда. – Травник привстал, снова сел. Провёл рукой по волосам. – Он всё-таки там, в тебе.

– Где?! – Збых почувствовал дрожь в коленках и поспешно опустился на лавку. Вспомнились тень в церкви, странные сны и прочие нелепости. Он похолодел. Рука потянулась ослабить ворот рубашки. – Здесь?! С чего ты взял?!

Жуга помотал головой.

– Даже смех, и тот его, – сдавленно сказал он.

 – Да… Влипли мы с тобой, друг Збых, в историю… Не знаю, что и делать теперь.

Збых помолчал.

– Это что ж, – медленно произнёс он, – во мне теперь две души, что ли? Моя и его?

– Вроде как…

– А разве так бывает?

Жуга поднял голову, усмехнулся невесело:

– Сплошь и рядом. Только не у нас, а у баб, когда они детей носят. Потому Ружена и разглядела в тебе кого-то ещё.

– Но я же… Вот чёрт! – Збых, склонив голову, с тревогой прислушался к своим ощущениям.