Гранатовый сок

Он очень милый. И очень голодный. Однажды я тебе его покажу…

– А почему не сейчас? – нетерпеливо уточнил я. – И вообще, разве сегодня ты не будешь меня пугать?

– Сейчас нет.

– Чего это?

– Сейчас я не сплю. Но и не бодрствую. Я между сном и явью – под гипнозом.

– Ты сама себя загипнотизировала? Или кто-то другой? И с какой целью?

Девушка приложила палец к губам:

– Не надо больше вопросов, я всё равно не смогу сейчас объяснить. Давай просто помолчим.

Некоторое время мы так и сидели – в тишине, потом я всё же решился:

– Что ж, раз я теперь всё… ну, или почти всё про тебя знаю, а вопросов больше задавать нельзя… тогда пришло время и тебе узнать мою страшную тайну.

Лицо девушки повернулось ко мне, а губы слегка разомкнулись, и я посчитал это знаком заинтересованности. Коснувшись пальцами груди, я вытащил наружу свой кристалл:

– Я бессмертный вампир. У меня нет сердца и души… Вот так-то. Тебе меня не убить.

Для пущей убедительности я покрутил кристаллом в руке, пуская им солнечных зайчиков по камням.

С ярко-алых губ слетел вздох то ли удивления, то ли облегчения. Девушка подняла лицо к небу и воскликнула:

– Ну что, убедился?! – не знаю, к кому она обратилась, но явно не ко мне.

– Пожалуй, – вдруг ответила ей большая серая туча вкрадчивым мужским баритоном.

– Может, тогда хватит? Я замёрзла, меня трясёт…

Ответ неожиданно раздался уже совсем с другой стороны – прямо за нашими спинами:

– Да, – прошелестел старый дуб, и мы оба, вздрогнув, обернулись.

– Нам лучше увидеться лично, – взвыл поток ветра, толкая нас к обрыву.

– Приезжай! – стучали сорвавшиеся с утёса камни, катясь вниз и ударяясь о выступы скалы.

«Приезжай, приезжай, приезжай…» – подхватило эхо где-то внизу, в расщелине между скалами. Пространство вокруг затряслось, по нему пошли волны ряби, как по картинке старого телевизора. От этих помех у меня защипало в глазах, а веки наполовину опустились и почему-то стали подрагивать.

Утёс потерял свои очертания, словно поплыл, а потом исказился спиралью, будто закрученный в барабане стиральной машины. Солнце раздулось как гигантский воздушный шар, запульсировало и лопнуло, ослепляя меня ультрафиолетовыми искрами конфетти.

Я зажмурился. Прижал ладонь к груди, возвращая кристалл на место, и в ту же секунду проснулся.

* * *

«Приезжай!..