Мега шабаш

Где-то часа через четыре спину Ильи пронзила острая жгучая боль, от которой, заорав на весь лес, он вскочил и спросонья куда-то побежал вглубь леса. Только чуть позже до него наконец дошло, что это он просто во сне накатился спиной на проклятую пчелу.

Паника сразу отступила, ведь первое, о чём он подумал, так это то, что его какой-то местный упырь пырнул ножом. А вот жгучая боль никуда не делась. Так что, вернувшись к своим вещам, Илья, заметив укусившую его пчелу, ползущую по земле, яростно втоптал её своим сапогом.

Посидеть и нормально позавтракать здесь Илья уже не остался всё по той же причине, ведь заметил ещё несколько десятков пчёл. Лишь спустя несколько часов ходьбы, когда все цветочки остались позади, Илья смог присесть и хорошенько перекусить и отдохнуть.

Здесь была прекрасная атмосфера, никаких ярких цветов и жужжания насекомых. Только всепоглощающая тишина. И запахи – Илья никогда не вдыхал такого чистого воздуха. Только сейчас он вдруг осознал, что, всю жизнь живя в городе, всё время дышит потом и грязью с десятков тысяч немытых тел.

И так Илья просто сидел на сухом мягком мху и, наслаждаясь каждым вдохом, думал о сундуке с золотом, оставленном той самоубийцей. И о своей новой жизни с чужим золотом. На эти деньги можно будет достроить родительский дом, чтобы никому не пришлось в нём ютиться. Возможно, даже построить рядом ещё один – для рабочих, тогда ему бы даже не пришлось рубить дрова или пахать землю. С чужим золотом можно свою жизнь обустроить достаточно комфортно, и у Ильи всплывали в разуме самые приятные мысли и картинки.

Немножко Илья отдохнул, немножко поел и отправился дальше. Странно, но здесь, в лесу, он совершенно не уставал. Шёл себе спокойно и шёл. По первой, конечно, Илья побаивался, что встретит случайно лесных хищников. Но вскоре и эта мысль его оставила, ведь это был абсолютно необитаемый лес. За все долгие часы своего путешествия Илья так ни разу и не увидел ни одного животного.

Так было даже лучше, однако сам факт того, что люди истребили всю здешнюю живность, Илью периодически напрягал. Но не тогда, когда стемнело. А в лесу стало темнеть гораздо раньше, чем в городе, тогда, конечно, Илья был рад, что живности в лесу нет. Ведь и без зубастых когтистых тварей тут было весьма не по себе.