Праздничный коридор. Книга IV

Через час Болденко вошел в здание РОВД, неторопливо проследовал в свой кабинет и прикрыл дверь. Вышел он через десять минут и жестом руки пригласил в кабинет:

– Проходите. По одному. Можно вместе с адвокатом.

– Нет, мы войдем все вместе. Мы одна семья, нам нечего скрывать друг от друга, – возмутилась Дарья Никаноровна, – или все вместе, или мы уходим.

– Хорошо, – неожиданно согласился Болденко, – через пару минут к вам присоединится еще один человек. Проведу с вами очную ставку.

Изначально диалог не состоялся.

Был монолог следователя. Хриплый голос трактовал свое видение пропажи монастырской девочки. На своих «подсудных» капитан юстиции не смотрел, его взгляд уперся в противоположную стену, пальцы руки, постукивали по столешнице рабочего стола в такт его обвинительной речи.

– Перед пропажей девочки, – утверждал Болденко, – следствием была зафиксирована попытка Александра Анцева изнасилования Ксюши в спальне пансионата, где в тот день она дежурила и производила уборку помещения. Исходя из данного факта, следствие утверждает, что Александр Анцев похитил Ксению и спрятал в укромном месте, чтобы без помех завершить сексуальное насилие над девочкой.

Опровергать эту версию произошедшего с несовершеннолетней Ксюшей бесполезно, так как в уголовном деле уже имеются свидетельские показания двух человек, которые подтверждают безусловную вину Анцева Александра, который пытался совершить насилие над несовершеннолетней Ксюшей.

В это время в дверь кто-то постучал, и в кабинет Болденко вошла матушка Евгения.

– Чтобы не быть голословным, – в голосе Болденко звучало торжество, – сейчас нам матушка Евгения повторно и очень подробно расскажет о произошедшем инциденте. А потом мы предоставим Александру Анцеву возможность оформить явку с повинной, и тогда он сможет рассчитывать на смягчение приговора от прокуратуры и суда. Но предупреждаю, что Анцев должен указать место, где он прячет девочку. Иначе снисхождение не получится! Итак, матушка Евгения, слушаем Вас. Со всеми подробностями, как бы они Вас ни смущали.

– Так ведь оговорила я Анцева Александра, – тихим, ровным голосом начала монахиня свои показания.

– Не несите чушь, – взвился Болденко, – Вас Анцевы подкупили? Вы продались им за деньги?

– Не давите на свидетеля, – вмешался адвокат, – продолжайте, матушка.

– Молюсь господу Богу, чтобы простил меня, грешную, – продолжила монахиня, – сама-то я ничего не видела, а свои показания против Анцева построила из слов Павла Сулимова.