Сага о хварангах

Готовятся служители к встрече соответственно своим занятиям и обязанностям.

Можан-киндяк ежедневно проверяет подступы к дальним тайникам и схоронам, внимательно осматривает звериные и птичьи следы, тщательно крепит невидимые для посторонних глаз конструкции подвесных троп и лестниц, взводит сработавшие капканы и ловушки.

Вилюда чаще обычного прихорашивается, убирается в доме, строгает заготовки для своих лучших блюд и снадобий. Старинное бронзовое зеркало у неё сверкает, как полная луна, а сама она подолгу задерживается перед ним, делая задумчивый взгляд с поволокой и мечтательное выражение лица.

Бутко и Ведко ходят за свежей рыбой и птицей, а в свободное время кидают топоры в цель или голышом борются в снегу, наслаждаясь молодостью и силой.

Юнша, как всегда, на подхвате – таскает воду, колет дрова, следит за огнём, чистит рыбу, щиплет и потрошит дичь, а в свободное время бессовестно спит или увлечённо слушает поучительные рассказы, песни и прибаутки стариков.

Деды, конечно, болтают много, но главное помнят – им крайне важно передать Гостю Предание о Силе Тигра-зверя, принесённое их предками в незапамятные времена из далёких восточных земель.

Тихо крадётся бабр А?мба[35 - Бабр (якут.) – амурский тигр. А?мба (нанайск. «опасный дух», «демон», по другой версии, «большой, великий») – другое название тигра, являющегося тотемом у многих коренных народов Дальнего Востока.] чащобой густой,

Лес стережёт он и древних утёсов покой,

Реки хранит, бережёт на горах родники —

Строгий хозяин великой сибирской тайги!

Если шального гуляки послышится крик —

Мощно ответит дурному рокочущий рык!

Или с недоброй задумкой придёт лиходей —

Дичи губитель и жадный добытчик зверей,

Татю ни нож, ни клеве?ц[36 - Молот-клеве?ц – оружие с заострённой боевой частью, напоминающей клюв.

] не помогут спастись…

А у других будут долго поджилки трястись!

А Гость уже совсем рядом. Его зовут Кёри, что означает «лёд», поэтому зимы он не боится.

Вот и сейчас – стоит странник в бескрайнем снежном поле, смело и с видимым удовольствием подставляет лицо под колючие струи вьюги. Он думает. Он вспоминает. Гулким колоколом звучат в его мыслях слова Великого:

– Тебе – Путь дальний и трудный! Много пользы для грядущих в том вижу, чтобы ты там шёл, где их долго ещё не будет, а когда будут, то чтобы по твоим следам шли, – торжественно и убедительно говорил ему Великий в день расставания.