Норманн. Чёрный князь

Разгром Золотой Орды в первую очередь ударит по Великому шелковому пути, ибо, лишившись централизованной власти, кочевники займутся рэкетом и начнут беззастенчиво грабить караваны, идущие из Китая. По историческим хроникам, Новгород создал для китайцев обходной торговый путь по рекам Иртыш и Тобол с переходом на Каму по Чердынскому тракту. Вполне приемлемый вариант, не идти же морем через Югорский шар. Затем последовало решение Большого веча от тысяча четыреста семьдесят второго года, по которому создали новый, более короткий Бабиновский тракт.

Посадник Артемий Сафронович Бабинов вместе с воеводой Федором Пестрым обязались построить новую дорогу и обеспечить безопасность китайских караванов. Что же, вот и тема для разговора с прибывшей делегацией. Дело в том, что китайцы предпочли избавиться от дружеской новгородской опеки. Кому понравится монополия одного покупателя? Поэтому караваны с шелком самостоятельно отправились вниз по Каме. Как следствие, появился богатый торгово-перевалочный центр под названием Казань. Ну а дальше Иван Грозный взял Казань, разогнал вече и послал Ермака в Тобольск.

– Вот что, Михаил Симеонович, – после длительного раздумья заговорил Норманн, – покажи нашим гостям из Китая склады со стеклом и фарфором.

– Похвастаться желаешь? – понимающе улыбнулся постельничий.

– Да нет, перед разговором надо бы их припугнуть. Посольство должно понять: наша продукция намного лучше.

– Я бы так не сказал, – не согласился Михаил Симеонович, – фарфор лучше, а стеклу еще далеко до твоих китайских запасов.

– То особый уклад из монастыря Шаолинь, – без запинки соврал Норманн, – на равнине не умеют придавать стеклу блеск.

– Может, и тканями похвастаться? – предложил постельничий. – Крашенное в горошек полотно распродано на полгода вперед.

– Покажи, – согласился Норманн, – и цыганское золото как бы нечаянно выстави.

– Можно! – хохотнул постельничий. – Не каждый человек с первого взгляда отличит от настоящего!

– Чем сейчас наши бронники заняты?

– Ружья делают, – постельничий поморщился и добавил: – И новую броню для дружины, она как сажа черна, но крепкая, ничем не пробить.

Норманн вспомнил свой визит в арсенал и потому спросил:

– Я видел легкие блестящие панцири, для чего они сделаны?

– Городскую стражу одеваем! – гордо ответил Михаил Симеонович. – И вор, и купец должны видеть княжеского человека.

– В красном плаще с бердышом в руке? – хмыкнул князь.

– А как же! – не заметив иронии, воскликнул постельничий.