Командир разведотряда. Последний бой

– Кроме Сталинграда я не помню других глобальных баталий, – с сомнением сказал Олег.

– Причина в послевоенных разборках маршалов. Конев попёр на Малиновского, а Хрущёв вычеркнул его из истории освобождения Украины.

– Моё задание действительно имеет стратегическое значение?

– Не знаю, – пожал плечами дед, – сейчас наши имитируют попытки прорваться в Одессу, а Гитлер перебросил на юг половину всех войск.

– Зачем тогда Генштаб требует точное расположение немецких бронетанковых резервов?

– Главный удар Конев нанесёт в стык групп армий Центр и Юг! Наши выйдут на границу с Польшей и отрежут более половины Вермахта от Рейха.

– Окружения не будет, – возразил Олег. – В Румынии и Венгрии тоже есть железные дороги.

– Немцам оставят узкое горлышко через Кишинев на Яссы, которое перекроют через пару месяцев, – пояснил дед.

– Ты прав, невозможно за два месяца вывести всю Южную группу войск Вермахта.

– Они и не вывели, если не ошибаюсь, среди трофеев было двести с лишним тысяч грузовиков.

– Неужели не смогли перегнать в Румынию?

– Без бензина и без дорог? Армия потопала ножками, а румыны с болгарами приняли это за массовое отступление.

– По сути это и было отступление, – хохотнул Олег.

– Как бы то ни было, представители Болгарии, Венгрии и Румынии прибыли в Лондон и начали переговоры о выходе из войны.

Пора снова пробивать облака, и Олег начал медленно снижаться. По времени они должны подлетать к Умани, где находится штаб Манштейна. Развернув самолёт вдоль дороги, начал высматривать ориентиры.

Штаб Конева тоже нашли не сразу, хотя тогда летели с лидером. Встретивший на аэродроме адъютант стазу предупредил:

– Генерала не прерывайте, сами говорите кратко. Сейчас он с Ротмистровым инспектирует самоходно-артиллерийский полк.

Олегу не дали даже представиться, Конев сразу начал с упрёка:

– Долго вы в Москве собираетесь, мне каждый день дорог, а вы неделю провозились!

Ограничение по времени действительно имело место быть. Дело в том, что Гитлер вызвал в Оберзальцберг всё командование Вермахта.

В буквальном смысле всё! От Мурманска до Керчи в войсках не оставалось никого старше полковника. Приказали приехать даже генералам Генштаба! Фюрер решил лично провести с военачальниками партийно-воспитательную работу и подготовил доклад «Национал-социалистическое воспитание в армии». Работа с генералитетом должна была продлиться полные две недели.

– Ты вообще кто? – не дождавшись ответа, спросил командующий фронтом.