Праздничный Коридор

– Проходите, проходите, – приглашала старушка, – вас там, в задней комнате ожидают.

В задней комнате за столиком сидела еще одна старушка, в темном, старинного фасона платье.

– Зинушка, если тебе нетрудно, поставь самоварчик. Чайку с гостями попьем и поговорим. Гости долгожданные, с дороги, отдохнуть им надо.

– Совсем нетрудно, даже, наоборот, с удовольствием чайку сейчас соберу.

Николай Степанович кивнул Ивану, и они вышли вслед за Зинушкой – а вдруг помощь мужская потребуется?

– Подойди ко мне поближе, детка.

Рассмотреть тебя хочу.

Я подошла к старушке и уселась напротив.

Она прикоснулась к моей руке своей холодной ладошкой, долго не отпускала мою, начавшую вздрагивать руку, потом встала, подошла к окну и из глубины комнаты молча, смотрела на меня, как будто перед нею была натура, которую она хотела запомнить, а потом по памяти нарисовать. Наконец осмотр был закончен, сделаны какие-то, только ей известные выводы, и она снова уселась на стул:

– Ну, что ты дрожишь, как осиновый листок при дороге? Все хорошо, и я тебе только добра желаю.

Сморщенная, старая рука потянулась ко мне и погладила мои волосы. Я начала успокаиваться.

– Я знала, что ты придешь сегодня. И вот подарок приготовила. Но он не для тебя, а для твоей дочери. Старушка протянула мне сверток в холщовом мешочке, аккуратненько перевязанный бечевкой.

– Бабушка, – запротестовала я, – я еще не замужем и у меня нет дочки. Вы, может, что-то перепутали?

– Сейчас действительно нет, но потом обязательно будет.

Много лет пройдет, и бог пошлет тебе дочку. А мой подарок ты пока положи в укромное местечко, пусть ожидает своего часа. Отдашь, когда твоя дочка подрастет и соберется уезжать. Вот тогда и отдай, пусть с собой заберет.

– Бабушка, – не сдавалась я, – а может у меня не дочка, а сын будет? Как мне тогда поступить?

– Я знаю, что говорю – у тебя будет единственная дочь. Бери, бери – передашь. Говорю же, что это не для тебя, а для твоей девочки.

Для дочери твоей будущей.

В комнату заглянула Зинушка:

– Выходите к столу, все готово.

Я забрала сверточек и поцеловала старушку.

По дороге домой я рассказала Николаю Степановичу и Ивану о странном подарке, который получила от ведуньи для моей дочери, которая, по словам старушки, у меня обязательно будет. Николай Степанович помолчал, а потом сказал:

– Она просто так ничего не делает, я знаю ее много лет. Какой-то смысл в этом есть.