Легенды Сэнгоку. Дракон Этиго

Скрытые клинки у таких вот мрачных и загадочных типов всё чаще входили в обиход.

– Позвольте ещё воды попить. – Кансукэ показательно облизнул пересохшие губы. – Целый день просто умираю от жажды.

– Да ты вконец обнаглел! – раздался из-за левого плеча голос Кагэиэ. – Господин, позвольте, я разрублю его надвое!?

Кагэтора вновь успокоил своего буйного вассала, распорядился, чтобы послу принесли воды и когда тот утолил жажду, коротко бросил:

– Говори.

– Мой господин, говорит, – начал сразу Кансукэ. – что он глубоко уважает то, что вы делаете для Мураками и остальных.

Ваши поступки благородны и делают вас человеком чести, но господин просит вас отступиться от Синано и позволить ему пройти дальше. Мураками и сюго этой провинции Огасавара, потеряли свои земли из-за своей небрежности и слабости, поэтому, мой господин решил, что земли Синано лучше подойдут ему, нежели им. Так же, господин заметил, что вы не остаётесь на захваченных территориях, не значит ли это, что они вам не нужны и вы не стремитесь объединить эти земли под единой властью. Если вы не стремитесь к власти, то за что вы боретесь? Не лучше ли заключить мир и захватить острова Хиномото вместе, как два лучших полководца и поделить власть между собой? – Кансукэ выдержал долгую паузу. За это время он пробежал взглядом по всем, кто сидел напротив него, стараясь не останавливаться ни на ком, но в то же время заметить любые важные детали.

Кагэтора, по мнению Ямамото, был словно каменное изваяние. Он не выказывал эмоций, хотя его глаза говорили о том, что он находится в состоянии некой насмешливой неприязни.

Его внутренняя энергия запульсировала, словно готовая вырваться наружу. Но князь Этиго был сдержан и Кансукэ это чувствовал. Другой, седой, в круглой шапке и с висячей козлиной бородой, которую постоянно наглаживал, был задумчив и бегал своими маленькими глазками по всем вокруг. Ямамото понял, что с этим стариком нужно быть на стороже, поскольку он именно тот, кто держится в тени своего господина, но на самом деле наиболее важен, чем кто-либо. Не иначе это и есть Усами Садамицу – стратег Кагэторы. Другой бородатый и широкий самурай, был похож на этого грубияна Какидзаки, но более зрелый и тоже изрядно поседевший. В его глазах была кое-какая мудрость, но на лице напыщенная гордость и уверенность в том, что он прожил свой век не зря – обычный вояка, каких полно в армии Такэды. Кансукэ не стал заострять на нём внимание.

Его привлекли двое других.