Легенды Сэнгоку. Дракон Этиго

Старик был мастером каллиграфии, впрочем, как и во всём.

Усами заметил приход своего зятя, но виду не подал. Гэндзюро сел возле входа и застыл в приветственном поклоне. Садамицу дописал, аккуратно отложил кисточку, закрыл тушечницу и только после этого повернулся к гостю.

– Доброе утро Гэндзюро. Как прошла ночь? Голова не сильно болела? – произнёс он, спокойным, вежливым тоном. Только его слова, почему-то жалили молодого наследника, словно сотня змей.

– Сейчас моё здоровье в порядке.

 – выпрямился Садакацу. Его взгляд был вызывающим и был устремлён прямо в глаза Садамицу. – Но мои мысли в полном смятении.

– Что тебя так тревожит? – Усами прищурился, он, будто вытягивал и читал мысли своего подопечного. – Вновь мысли о женщинах? Наведайся в весёлый квартал в Нагаоке или Касугаяме и успокой своё мужское естество. Если не хочешь далеко ездить, тогда возьми любую служанку. Уж поверь, они не откажут.

– Не об этом я думаю, – покачал головой Гэндзюро.

Он хотел сорваться на крик, но, всё же, побаивался своего тестя, да к тому же у входа стояла охрана. Поэтому, голос его был сдержан, но дрожал от гнева. – Где Матогоро?

– Кто это? – Садамицу сделал вид, что удивился.

– Мой слуга, которого вы изволили наказать.

– Ах, этот. – Усами опустил глаза в пол, погладил бороду. Он совсем не обращал внимание на дерзость Садакацу и тем самым выводил его из себя. – Он совершил сэппуку.

– Почему? Он ни в чём не провинился?

– Он сказал лишнее, хотя, знал, что этого говорить не следовало.

Этого достаточно, чтобы наказать слугу. Знаешь, слова всегда играли большую роль в судьбах людей. По одному лишь слову, можно судить о человеке.

– Но, он был мой слуга.

– Пока, хозяин Бивадзимы я и я же, являюсь главой клана. Поэтому, мне решать, кого наказывать и за что.

– Тогда, я задам другой вопрос. – теперь тон Гэндзюро стал намного выше. – Эта история, о которой поведал мне Матогоро, почему от меня её скрывали? Ведь, если бы я знал, то никогда бы не женился на Нами.

И почему Кагэтора позволил мне это сделать?

– Ты задаёшь слишком много бессмысленных вопросов и переходишь рамки приличия, говоря о своём господине и повышая голос на меня. – лицо Садамицу вдруг стало строгим и теперь он смотрел на зятя с явным намерением, подавить его морально. – Всё, что произошло между моей дочерью и князем, было слишком давно и поросло травой.