На пороге

– Ну что ж! – Ложкин шагнул в сторону и огляделся как ни в чём не бывало. – Показывайте, где у вас тут эта ваша пушка! Очень хочу взглянуть.

– Сейчас, Федя. Пойдём, – поманил его Юрковский. Ложкин направился следом, бросив через плечо:

– Оленька, будь любезна, распорядись насчёт моих вещичек. Пусть доставят сюда.

– Хорошо, – ответила женщина, скрывая растерянность. Сумки и чемодан Ложкина остались в машине на стоянке, но Ольгу больше волновало в этот момент, почему Ложкин так холодно отнёсся к Сергею.

Даже холоднее, чем к Леониду. Странно. Или он ревнует? Да нет, это же смешно. Тогда в чём же дело?..

Её размышления не укрылись от Мамонтова, но он ничем не выдал своего беспокойства. Развернувшись, он поспешил за скрывшимися в следующем зале учёными.

Ложкин и Юрковский разглядывали нечто массивное, лежащее на широком столе. Больше всего пушка дарков походила на… нераскрывшуюся почку растения, только весом полтонны и двухметровой длины. Зелёные волокнистые ткани из прочного упругого вещества накладывались одна на другую.

У основания волокна соединялись под бурой бугристой коркой. С одной стороны аппарат был покрыт гарью, видны были царапины и трещины.

– Где тут у тебя данные первичного исследования? – спросил Фёдор, с лёгким воодушевлением глядя на необычное оружие. Юрковский кивнул на экран у него за спиной. Несколько минут прошли в тишине: Сергей задумчиво смотрел на пушку, Юрковский глядел в пол, поглаживая шею, Ложкин изучал данные.

– Что скажешь? – спросил, наконец, Андрей Георгиевич.

– Всё отлично! – поведал Ложкин. – Даже более того, всё просто превосходно! Я эту штуку вскрою, это не трудно. А затем… – он сделал эффектную паузу, – мы воссоздадим и усовершенствуем это устройство!

– Интересно, как? – В голосе Юрковского не было недоверия, только искренний интерес. Фёдор улыбнулся.

– Как построить высокий минарет? – задал он вдруг вопрос.

– Выкопать глубокий колодец и вывернуть его наизнанку! – весело ответил Юрковский.

Сергей вдруг понял, что эти двое вспомнили только что какой-то случай из своего далёкого прошлого. Та уверенность и тот оптимизм, с которыми разговаривали двое учёных, наводили на мысль, что у них уже давно созрел план действий. И, видимо, Юрковский сообразил что-то первым, а Ложкин угадал ход его мыслей. Так или иначе, коллеги принялись за работу с непреклонной верой в собственный успех.

Действовать Ложкин начал тут же.