Право на жизнь

Цвет глаз неподражаемый – радужные сполохи на фоне сплошной синевы и вертикальный веретенообразный зрачок. Синяя шея вытянулась вдвое, башка вертится на сто восемьдесят градусов в обе стороны – Чужие отдыхают! Форма головы – объёмный треугольник, как у гадюки, мать моя смоленская женщина, рот длинный, с чёрными губами, обведёнными тонкой оранжевой линией, зубки – акула отдыхает, в два ряда. А язык вполне людской, тоже чёрного цвета, выглядит убойно, особенно на фоне белоснежного оскала. Жаль, что язык не выдвигается тонкой струйкой, как у всех змей.

От вроде бы не очень страшной рожи веет запредельным ужасом, вместо волос вокруг головы серебристая проволока, существо с той стороны ужаса, проклятье Зоны, мечта сталкера. Такое во сне увидишь – топором не отмашешься. Очаровательно – голова, шея, руки до локтей в синей бронированной чешуе, остальное тело обычное, вполне людское, нисколько не модифицированное.

Всё, ужас Внеземелья грядет в академию, ховайся, Педро…

К ректору академии мы с эльфом попали во второй половине дня, поскольку миа Яне следовало приодеться.

Разнообразие нарядов на улицах столицы порадовало, как и значительное количество дам в брюках. Определённой моды не прослеживается, ну и ладненько. Хуже кринолинов могут быть только корсеты. А так – синие брюки, кремовая туника с синей вышивкой по вороту, кожаные сандалеты. Уложились в пару местных серебрушек, золотой именуется здесь «королевский нобль». Эльф вынул из правого уха серебряное колечко и воткнул мне в левое ухо.

– Поисковый артефакт, – пояснил он немногословно.

Да понятно и ёжику – маячок, чтоб синекожее чудо не потерялось в городе. Ищи меня потом с собаками. Кстати, собак тут не видать.

Столица ничего особенного из себя не представляет, максимум трёхэтажные дома, множество парков, чистота стерильная, явно магия беспокоится об уничтожении мусора. Или королевские указы велят казнить грязнуль без суда и следствия. К главному зданию академии мы подкатили с шиком, в собственном его милости Тарина экипаже, запряжённом парой золотых жеребцов.

Полагаю, интерьеры ректорских кабинетов всех учебных заведений вселенной одинаковы – огромный стол напротив огроменного же окна, перпендикулярно ему расположен второй стол, но поменьше и десяток жёстких кресел по обеим сторонам.

Моего эльфа здесь встречают весьма уважительно и после приветствий нас сажают в мягкие креслица, полукругом обнимающие низенький столик.

Ректор тоже эльф, кто бы сомневался.