500 лет назад – 2, или Некогда скучать

На лодье сегодня оставался всего один караульный, да Гридя все же выходил ночью, проверял, все ли в порядке.

Утро началось по обычному распорядку – зарядка, умывание, завтрак. А вот за завтраком Данило сообщил, что, если все пойдет хорошо, к обеду они выйдут на волок. Эта новость вызвала оживление, и окончательные сборы прошли быстрее, чем обычно. Правда, погода быстро охладила эту живость – вчерашние просветы в облаках исчезли, все небо было затянуто сплошной серой пеленой, хорошо, хоть температура держалась на плюсе, да дождя, вроде, все же не ожидалось.

Так что Федор почти сразу снова задремал, а вот остальные нет-нет, да и выходили из машины посмотреть на окрестности. И, надо сказать, отличия от последних двух дней были. Основное направление русла реки снова поменялось, так что они плыли сегодня в основном на северо-запад. Увеличилось количество полей, лугов, ну и, соответственно, жилья по берегам реки. Они видели даже мельницу, стоявшую на небольшом притоке на левом берегу. А вот сама река все уменьшалась и уменьшалась, став, конечно, не ручейком, но так себе речушкой. Правда, воды в ней было вполне достаточно для лодьи (с баркой, понятное дело). А еще на реке появились… ну, наверное, гидротехнические сооружения?… Половинные плотины? Седов не знал, как назвать частокол из кольев, обычно переплетенный прутьями, перекрывающий, к примеру, треть русла. Ясно было, что он повышал уровень воды в образующейся перед ним заводи. Настилы, проложенные по верху таких сооружений, подсказывали, что люди их еще как-то используют. Когда через пару часов характер реки изменился, и они снова поплыли по заболоченному участку, стало видно, что кое-где типичная болотная растительность (камыш или рогоз), да и сами кусты были не то вырублены, не то выкошены, в общем, проведены работы по расчистке основного судового хода.

Как пояснил все-таки окончательно проснувшийся Федор, такие полуплотины, кроме повышения уровня реки, скорее всего использовались как запани – для сбора и разделки сплавной древесины.

С учетом догадки Николая Федоровича, что и мельницы где попало не ставят, нужно зерно, и запани просто так не строят – они выходили в более населенные районы с развитым земледелием. И действительно, когда заболоченный участок вскоре кончился, они снова увидели поля по берегам и все признаки развитого жилья. Поменялся и рельеф – на севере и северо-востоке проглядывали некие холмы, до этого ничего такого видно не было.