Падшие к небесам

– А как понял, что по затылку именно он ударил?

– Ну там рядом больше никого не было. Ну, в смысле, толпа собралась уже, но вплотную только эти двое стояли.

– Понятно. Ты как себя чувствуешь?

– Да в себе уже.

– Сотрудники сейчас показания возьмут у тебя. Потом в больницу отвезут. Побои обязательно снять надо. С руками что у тебя? – на ладонях парня отпечатались две красные полосы с крапинками крови.

– Он же как Расима трубой огрел, я подскочил выхватить её у него пытался. Но меня потом толстый отшвырнул, и я уже поплыл.

– Короче руки тоже дай врачам посмотреть. Сам за руль не садись. Тем более баранку тебе больно, наверно, крутить будет. Если машину оставлять не хочешь, ключи сотруднику отдай – он пусть ведет.

– Да руль держать смогу я, у меня перчатки были где-то… так, а с больницы, короче, уже можно самому ехать да? – Адиль уловил нотку иронии.

– С больницы – можно. Но у врача спроси обязательно, пускает он тебя за руль или нет. Руки-то ладно, главное чтобы голова у тебя в порядке была.

Или ты подумал, что мы, как с тебя все нужное возьмем, то забьём на тебя сразу же?

– Не-не, – замялся Гурам.

«Да-да», – про себя произнес Адиль.

– Ладно. Давай я запишу твой номер. Вечером наберу – расскажешь, как прошло и в порядке ли ты. Вопросы есть у тебя?

– Один есть, если честно. Будет у вас тысячу разменять?

– Нет. А ты сегодня ещё работать думаешь?

– Посмотрю, что врачи скажут.

– И в зеркало ещё посмотри. Клиенты к тебе побоятся сесть.

Адиль подозвал патрульного и вручил ему побитого альтруиста под личную ответственность.

Остальные сотрудники послушно внимали профессиональным байкам лейтенанта Шайдабекова. Тагир с успехом переключил своё внимание на молодых коллег и перемежал оперуполномоченный трёп анекдотами, которые не мог рассказать Саиде. Адиль махнул оратору, и полисмены остались в неведении, чем же закончилась встреча усатой проститутки и водителя троллейбуса. Спустя минуту белоснежная Приора урчала в двух шагах от Адиля.

8

Саида наблюдала, как в сторону высотки с трассы съехала двухсотая машина. Чуть меньше в объектив попало расквадраченных пешеходов. Девушка записала номер машины и поняла, что без чашки кофе выносить этот артхаус она больше не сможет. Как выглядит девочка, пользовалась ли она этой дорогой в тот день, шла ли пешком или приехала – ничего из этого Саида не знала. Камера лишь частично захватывала односторонний съезд к лесополосе, ведущий во двор дома.