Приключения ноплов

С той поры старинный баронский замок Канцлерогенхоф одиноко и мрачно высился на западе страны, никого не радуя, а лишь всех пугая. Польза от него была только та, что он олицетворял собой запад.

Самой северной точкой страны считался аэродром лётчика Ноплана. Там лётчик жил вместе со своим самолётом. На север они были сосланы потому, что слишком громко шумели. Сам лётчик, правда, всё больше молчал, а вот рёв самолётного мотора был слышен даже через поля, отделявшие север страны от остальной территории.

На этих полях выращивали пшеницу, просо и рапс. Не слишком много и не всегда удачно. Солнце к этой части страны относилось с некоторой прохладцей.

А вот к востоку солнце всегда относилось чрезвычайно по-доброму. Ибо там стояла казарма. Самая обыкновенная казарма. Для солдат. И понятно, почему для солдат. Кто ещё в мире, кроме настоящих солдат, сможет найти в себе столько мужества, чтобы постоянно жить на востоке? Там и вечером темнее всего, да и утром приходится вставать раньше всех.

Прямо вместе с солнцем.

Глава 4. Солнечное хулиганство – Сержант Ноплеф – «Караул, подъём!»

Рассвет в Нопландии наступал очень бодро. Здесь никогда не бывало никаких предрассветных сумерек, как это происходило на Земле, когда чёрная густота ночи сначала как бы размывалась и разбавлялась – словно кофе молоком. Солнце здесь всегда выскакивало внезапно и всегда очень радостное, шипящее, как яичница на сковороде. Шипеть, конечно, могли и какие-нибудь технические системы корабля, но в самом характере солнца это ничего не меняло.

Первым же лучом оно превратило тёмный прямоугольник казармы в довольно весёленькое зданьице с симпатичным крылечком посередине и двумя аккуратными клумбами по обе стороны от него. Вторым лучом солнце дотянулось до солдатского плаца. Здесь, прямо под флагштоком, ещё с вечера расположился ко сну караул и прекрасно проспал всю ночь.

Ближе всех к флагштоку лежал начальник караула – сержант Ноплеф.

Казалось, он даже во сне отдавал какие-то приказы, потому что его пышные усы время от времени шевелились. Солнце, как всегда, этим заинтересовалось. Оно подёргало сержанта сначала за один ус, потом за другой и даже попыталось кончик одного уса завернуть и засунуть в круглую сержантскую ноздрю. Однако сержанта Ноплефа было не так-то просто разбудить. Нос у него, как и у всякого старого вояки, был очень твёрд и не поддавался на провокации.