Калитка для котёнка. Фантастическая трилогия

Я едва рассмотрел силуэт, притаившегося у стены, человека, как он поднял руку, как будто хотел посмотреть время на наручных часах. Как и описывал Виктор, он был в лёгком, чёрном скафандре со шлемом с непроницаемым тёмным стеклом. Я машинально шагнул в тень и прижался к стене рядом с дверью, но сразу понял, что зря. Конечно, я был хорошо виден человеку, находившемуся внутри. Между тем над его поднятой рукой вспыхнул прозрачный голубоватый экран с рядами кнопок, и едва различимый в темноте человек начал их нажимать.

Конечно, это не сулило мне ничего хорошего. Расстояние между нами было не более двух-трёх ярдов. Я прыгнул, вытянув вперёд руки и стараясь помешать человеку в чёрном, чтобы он там ни делал. Мои пальцы вошли в голубоватый экран с моей стороны и задели несколько кнопок…

Окружающий мир завертелся волчком. Какая-то сила подняла меня, выжала как губку, и бросила вниз…

Я очнулся на полу и не сразу сообразил, что нахожусь всё в том же охотничьем домике. Дверь была закрыта, и вокруг царила кромешная тьма.

Немного полежав и прислушавшись, я понял, что, скорее всего, пребываю здесь в одиночестве. Ничего другого не оставалось, как подняться и выйти на улицу.

Ослепительно яркое полуденное солнце заставило зажмуриться, но не это поразило меня больше всего. Когда я вошёл в избушку, была ранняя осень, а сейчас на улице меня встретила весна, причём в самом разгаре. Везде стояли сверкающие под солнцем лужи, а на ветвях деревьев зеленели мелкие и яркие молодые листочки.

Я машинально побрёл к выходу из леса, стараясь идти по сухим местам, но вскоре насквозь промочил ноги.

Что-то произошло со временем, но я не стал задавать каждому встречному прохожему мелодраматичные вопросы типа – какой сейчас год? Слишком уж по-идиотски это выглядит в книгах, и особенно – в фильмах.

Нет, я дошёл до первого газетного киоска на окраине городка и молча принялся разглядывать витрину. Наконец на нескольких газетах я отчётливо рассмотрел дату…

Год оказался тот же, что и был прежде, и я сразу почувствовал некоторое облегчение.

Но вот месяц оказался другим… Я каким-то образом очутился в прошлом – почти на четыре месяца раньше, чем испытал первую трансформацию и встретил Виктора с Эллен.

Осознание этого факта, со всеми далеко идущими последствиями, пришло не сразу, а медленно и постепенно. Но я догадался, что дома, скорее всего, встречу самого себя в более ранней версии, а мне почему-то хотелось этого избежать.