Калитка для котёнка. Фантастическая трилогия

Он первым делом извлёк из тумбочки бутылку виски, и я подумал, что, пожалуй, это будет кстати… Потом агент достал из шкафа пару тёмных костюмов, как две капли воды похожих на тот, что был на нём прежде.

Взглянув на меня, он сокрушённо покачал головой, и принялся перебирать какие-то майки и рубашки. Наконец, Смит протянул мне бельё и один из костюмов, а сам с недовольным видом стал переодевать разодранные брюки.

Подозреваю, что именно безудержный хохот убедил Смита в моей искренности, и он отнёсся к моему рассказу достаточно серьёзно.

Моё повествование продолжалось несколько часов, и время от времени разведчик что-нибудь фиксировал в блокноте. Так он записал мой настоящий адрес и данные отеля, где я остановился, отметил даты и время побоища на пустыре, а также нашей встречи у охотничьего домика. Потом я подробно нарисовал Смиту место расположения лесной избушки и дорогу к ней.

Когда я, в свою очередь, спросил, что обо всём этом известно ему, мой собеседник сразу замялся. Смит заявил, что не имеет права передавать мне конфиденциальную информацию о таинственных событиях, происходящих в нашем городке.

Но всё же он сообщил, что военных, а следовательно, и его самого подключили к расследованию, после того как радиолокационные установки раннего обнаружения зафиксировали сильные помехи от странного излучения неясной природы. Причём источник помех определялся именно в направлении известного нам леса. Его уже начали потихоньку обследовать, но так, чтобы не вызывать ни у кого подозрений, не создавать лишнего шума и не провоцировать появления ненужных слухов.

Теперь же, когда благодаря мне стало известно точное расположение охотничьего домика, задача военных по поиску источника излучения значительно упрощалась.

Затем разведчик принялся сравнивать содержимое бумажников. В потайном отделении того, что был у меня, он нашёл какую-то квитанцию с ещё не наступившей датой и, похоже, это окончательно развеяло его сомнения в правдивости моего рассказа. Имевшийся у Смита бумажник выглядел довольно тощим.

Но в нём нашлись две двадцатидолларовые купюры, полностью идентичные купюрам, оказавшимся у меня. Разместив их рядом, друг с другом, агент взял лупу и долго изучал их внешний вид и сравнивал совершенно одинаковые номера и серии. Потом он придвинул к себе пепельницу и собрался сжечь дубликаты. Я с трудом уговорил Смита этого не делать.

– Это же грубейшее нарушение закона, – возмущался он. – Не должно быть денежных знаков с одинаковыми номерами и сериями.