Наследница проклятого рода

Как ни странно, маг оказался прав – сторож сломался только на огромной сумме в одиннадцать золотых, три серебряных и восемь бронзовых монет – это все, что было в карманах у магов.

– Все-таки стоило огреть его хорошеньким заклинанием! – пожалел Финдерин, когда ворота за троицей вновь закрылись.

– Может быть, оно еще пригодится, – заметил Кромфальд. – Деньги у нас кончились, поэтому войти назад будет нелегко. Если так много пришлось заплатить за выход из города, то сколько же стоит туда вход?

– Больше чем уверен, это будет бесплатно, – задумчиво произнес Эстальд.

 – Просто кому-то очень не хотелось, чтобы наши люди покидали Ульфенгард.

Некоторое время они шли молча по мрачному лесу, тревожно шумевшему под порывами ветра. Казалось, что деревья смотрят на ночных путников с неодобрением. Кровавая луна все реже появлялась из-за туч, на севере сверкнула молния, высветив зубчатый силуэт Динхарских гор.

– Только грозы нам и не хватало, – прошептал Дольмерус Кромфальд.

В кромешной тьме маги применили особое колдовское зрение, однако результаты этого заклинания оказались неутешительными – Вангерта рядом не было.

Кроме того, оказалось, что лес вокруг весь иссечен многочисленными тропами – сами волшебники вряд ли бы заблудились, а вот для человека, не владеющего магическим искусством, да еще посреди ночи, эта чаща могла бы стать настоящей ловушкой.

Грозовая туча приближалась. Все громче и чаще слышались раскаты грома, на землю упали первые тяжелые капли.

Одна из лесных тропинок вывела троих магов к низкому берегу Хельны. Вдруг Эстальд заметил какой-то темный предмет, плывущий по воде.

– Глядите, что это? – он указал на увиденное спутникам.

Бальдус Финдерин попытался дотянуться до предмета длинной веткой, но лишь промочил ноги.

– Когда тебе, Финдерин, надо сотворить какую-нибудь гадость, ты бываешь более искусен, – фыркнул Дольмерус Кромфальд; он взмахнул палочкой, и непонятная вещь тут же перелетела ему в руки.

Эстальд осветил находку.

– Шляпа Вангерта! – выдохнул он.

Маги выпучили глаза.

– Он что, утонул? – наконец, выговорил Кромфальд.

– Да нет, быть такого не может, – попытался Эстальд убедить самого себя. – Он умеет плавать, я знаю. Может быть, он просто уронил ее в реку, или ее унесло ветром, или кто-то отобрал шляпу у Вангерта, а потом выбросил ее…

– А с ним самим тогда что сделал? – спросил Дольмерус Кромфальд.

Эстальд не ответил.