Возвращение Повелителя. Этюд в розовых тонах

Тяжко было нашему герою, и он совсем было впал в отчаяние – от родительского содержания Аграфена отлучили, а работать он не привык. Но вскоре у следопыта появилась новая благодарная публика – крайненские разбойники. Зная все окрестные леса вдоль и поперек, он нанялся проводником к любителям легкой наживы. В результате банды стали появляться там, где их раньше никогда не было, устраивать внезапные налеты на деревни и удачно уходить с награбленным добром от разъяренных преследователей.

А Аграфен в свободное от «работы» время продолжал совершать прыжки с орехового дуба.

Прыгал он до тех пор, пока с ним не случился странный случай: при очередном восхождении на дуб сухая ветка подломилась под его ногой, и Аграфен навернулся с очень приличной высоты, пересчитывая ветви своими ребрами и мысленно прощаясь с жизнью.

И в этот момент на него словно нашло какое-то затмение. Очнулся Аграфен, уже лежа на земле под дубом – в общем, целый и невредимый. Только на боках желтели почти сошедшие синяки, а на голове обнаружился немаленький шрам, но уже засохший.

Зато за поясом у следопыта торчал невесть откуда взявшийся небольшой железный топорик. Да и одежда на Аграфене была совсем другой: меховые сапоги из неизвестного, но очень прочного материала, прошитый кафтан с какой-то белой подстежкой, и… утепленная каска с ушами!

Пребывая в легком офигении и совершенных непонятках, верхолаз вернулся в лагерь к крайненцам – и там его чуть не линчевали! Оказалось, что, отлучившись на ночь «к знакомой девице», их проводник отсутствовал десять дней, отчего его заклеймили трусом, и дезертиром, и даже изменником.

Аграфена от расправы спасло лишь то, что крайненцы обратной дороги не знали. Понимая, что доверия к нему у бандитов теперь не имеется и жизнь его будет продолжаться ровно до той поры, пока он не доведет лиходеев до известных им мест, «товарищ Сусанин» под ночь завел банду в одно из медовых угодий своей семьи. А поутру разорил несколько бортей.

Укуса даже одной лесной пчелы размером с мизинец вполне достаточно, чтобы человеку весьма и весьма поплохело. Что же тогда может натворить целый разъяренный рой? Неудивительно, что никто из бандитов то роковое утро не пережил.

А Аграфен отправился в деревню, которую перед этим ограбили бандиты, и на чистом глазу заявил, что его усилиями банда выслежена и уничтожена. Естественно, он сразу стал героем в глазах поселян.