Апофеоз выбора

Но голос не дрогнул, когда оборотень задал следующий вопрос:

– И сколько велели ждать?

– Эта ночь последняя, – Голзан, с опаской косясь на Элмтора, сплюнул кровь из разбитого рта.

– Кто придет меня убивать? – спросил Гхолал.

– Оно не приходит, – услышал ответ.

Краем уха оборотень расслышал испуганный шепот воинов, стоящих в нескольких шагах за его спиной. Глазами не отпускал лежащего перед ним человека, гадая – правду говорит или время тянет?

– Уходим! – сказал Гхолал.

Элмтор в ярости скрипнул зубами, но сказать ничего не успел.

– Испугался?

В его голосе Гхолал уловил презрение.

– Личная стража Сдаака болтала, что ты был безнадежно смел при встрече с ним, – продолжил Голзан, ширя окровавленный рот, – а сейчас трусливо бежишь, отказываясь от боя?!

– Твой сын не дождется отца, – сузил глаза Гхолал.

Ухмылка Голзана резко погасла:

– Ты сдохнешь сегодня!

– Не вижу противника.

В тот же миг ему послышалось хлопанье крыльев.

– И не увидишь, пока не начнешь вопить от боли! – победно крикнул Голзан.

Элмтор коротко взмахнул мечом, отрубленная голова Голзана покатилась в сторону, заливая кровью траву. Затем воин взглянул на оборотня.

– Теперь – уходим!

В грудь ударил ветер – неожиданный и сильный. Краем глаза Гхолал заметил, как исчез стоящий в нескольких шагах от него воин. Мгновенно повернув голову, увидел белое от ужаса лицо другого воина, что стоял на шаг дальше.

– Он… – губы воина тряслись.

– Занять оборону! – взревел Элмтор, а Гхолал вновь ощутил сильный воздушный удар. В тот же миг кинулся на землю. Кожей почувствовал, как нечто огромное пронеслось над ним – вскочив, увидел ощетинившихся клинками воинов.

Их предводитель, не отрываясь, смотрел на звездное небо.

– Время меняться, Гхолал! – бросил оборотню Элмтор.

Третий воздушный удар оказался сильнее двух первых. Люди рухнули на землю, на которую мигом позже приземлилось огромное существо.

Но лишь на миг. Затем она отступила перед поднимающимся Мортемом – деревья и разбросанные тела между ними стремительно приобретали такую поразительную четкость, которой никогда не добиться даже при солнечном свете. Только Гхолал, чувствуя разрывающую его, увеличивающееся тело мощь, впился взглядом в ночного гостя.