Объект

– Центральная! Всем патрулям ЮВ! Код 9—9! Повторяю! Код 9—9! Шоссейная, 95, автосервис! Код 99! Сорок первый на месте!

Дежурный повторил сообщение дважды, затем переключился на волну «скорой» и повторил ещё два раза, и только затем принялся стучать по клавишам. Сигнал экстренного вызова с кодом высшей категории опасности и адрес мгновенно передался на все ближайшие патрули.

– Сорок первый! Как обстановка?

– Мы в машине. Ни единой души.

– Оставайтесь на месте! Не высовывайтесь, ближайший патруль будет через три минуты.

Дежурный лихорадочно пытался вспомнить, какие ещё действия стоит предпринять. Тут его взгляд упал на телефон. Нужно сообщить Ивану Сергеевичу.

Когда в квартире полковника полиции Ивана Сергеевича Бурмистрова в первом часу ночи зазвонил рабочий телефон, у него ушло примерно две секунды, чтобы проснуться и понять сразу несколько вещей: случилось что-то страшное, не авария с летальным исходом и не бытовое убийство, а что-то действительно плохое. И что ему снова не удастся выспаться.

Десять часов спустя Иван Сергеевич сидел в своём кабинете и продолжал изучать всё поступающие отчёты.

Он лично посетил место преступления, и уже не раз пожалел об этом. Войдя в ангар, он сразу вспомнил Афганистан. Тогда он был обычным рядовым. Один раз их отряд прочёсывал местность и нарвался на 

. Головную часть отряда буквально нашпиговало шрапнелью. Ему повезло идти замыкающим, и он практически не пострадал, зато вид истерзанных тел своих товарищей запомнил навсегда. Но то была война, и было это очень давно.

Три растерзанных тела – не просто растерзанных, а как будто разорванных какой-то неведомой силой. Руки и части туловища находились в нескольких метрах от того, что осталось от трупов.

За шинами лежали ещё два трупа, у одного наполовину отсутствовала голова. Оставшийся глаз был открыт и как будто выражал недоумение, плечо было вырвано практически полностью, в груди зияла дыра.

Лежащий рядом труп отличался от других. На нём не было таких серьёзных повреждений, правда, лучше он от этого не выглядел: правая кисть была вывернута под неестественным углом, а голова – насквозь проткнута в районе глазницы. Ничего, чем можно было нанести такие раны, обнаружено не было. Рядом лежал пистолет, судя по лёгкому запаху пороха, из него недавно стреляли.

– По-видимому, безуспешно, – иронично подумал Иван Сергеевич.

На этом кошмар не закончился.