Объект

Когда-то он выкупил три участка, и для полного «квадрата» ему не хватало четвёртого. Однако Дед Семён – именно так звали владельца того участка и старожила посёлка – продавать участок и дом, где он родился и вырос, не собирался, деньги ему были не нужны, как ветеран труда он получал неплохую пенсию, которой с лихвой хватало на его невысокие запросы. Несмотря на запреты врача и солидный возраст (почти семьдесят пять лет), выпить баночку пива вечером и даже закусить чипсами, что очень не характерно для людей его возраста, было нормой для Деда Семёна.

«Это что ж теперь», – говорил он, – «чтобы прожить лишний годик, мне нужно питаться обезжиренным творогом да кроличьей едой? Нет уж, спасибо!»

Дед Семён никогда не был особо общительным, но, что называется, обладал харизмой: местные детишки одновременно и побаивались, и уважали его, всегда гуляющего с трубкой в своей неизменной кепке в стиле тридцатых годов, и все местные жители знали: человек он надёжный и хороший.

Он никогда не злоупотреблял крепкими напитками – слишком многие его друзья спились в начале девяностых.

Поэтому он считал, что если уж от смерти убегать не стоит, то и бежать ей на встречу тоже не нужно.

Но всё вышло иначе. Аркадий Кемеров никогда не питал уважения к людям. Своим капиталом, по слухам, он завладел, убив директора склада и просто присвоив его имущество. С такой же лёгкостью он захватил три участка, заплатив смешные деньги их владельцам, которые и не подозревали, что их посёлок скоро станет территорией Москвы.

Но неожиданно для себя он натолкнулся на проблему в лице Деда Семёна. Тот сразу сказал, что не продаст участок даже за все деньги мира. А предлагать «все деньги мира» в планы Кемерова и не входило. И даже то, что в посёлке появился новый участковый, который сразу показал себя предприимчивым человеком и мгновенно сдружился с Аркадием, не помогло. Участковый не мог открыто угрожать Деду Семёну – не то время уже было, и деньги деньгами, но идти против всего посёлка, учитывая, что он сам был родом из него, хоть и с другой стороны железной дороги, было уже перебором. И поэтому участковый старался использовать более деликатные способы, вроде намёков на постоянные проверки, возможные жалобы от соседей.

– Жалобы от соседей? – усмехался Дед Семён. – Это от Кольки-перегара, что ли, жалобы будут? Я не уверен, что он писать-то умеет, а уж если вы будете общаться с ним очно, я сомневаюсь, что сможете после этого что-то зафиксировать.