Школяр

Анна вытаращила на брата глаза. Тут входная дверь отворилась и через порог шагнул обутый в лапти конопатый парень. Его грязные льняные волосы торчали во все стороны. На плечах его висел не по размеру короткий ученический плащ, в руке была зажата колотушка обходчика.

– Чевой-то вы тут делаете в темноте? – с подозрением проговорил он. Разглядев ученическую форму, он поучительно добавил: – Беда с вами… Ну сколько можно учиться? А ну, живо бегите по вашим дорме… дорми… спать, короче, а то я рассержусь!

– Ой, спасибо, Якоб, что напомнил, – прощебетала Анна и первой выскочила на улицу, мимоходом похлопав вошедшего по плечу.

2

Флав считал, что обязанности должны распределяться в соответствии со способностями. Например, у кого-то есть способности к обучению – он учит. Другой имеет способности к копанию – копает. Если их поменять местами, ничего хорошего не выйдет…

    Янус Хозек, «Как это было», 57-е издание, Анастасийская Центральная библиотека

За завтраком профессор Фабрициус, как обычно, восседал за учительским столом.

Но едва Филь и трое Хозеков вбежали на занятия в Первую Медицинскую, стало ясно, что с профессором что-то не так. Складывалось впечатление, что Схизматик ничего не упускает, всё подмечает и вообще ведёт себя странно, то и дело бросая вокруг себя настороженные взгляды.

– Его как будто подменили, – прошептала Мета. Профессор живо обернулся, что при его размерах вышло угрожающе, и недовольно бросил:

– Я ничуть не изменился, а вот вы, барышня, изменяете своему обыкновению не болтать бессодержательно на уроках!

Присутствующая на занятии Габриэль, чьей главной дисциплиной была медицина, наградила Мету красноречивым взглядом, говорящим: «Так тебе!» Профессор, однако, не закончил.

– Если мне понадобится говорящая голова для умных бесед и совещаний, я обращусь за помощью к описаниям экспериментов Альберта Великого, труды которого мы как раз сейчас изучаем. Ваша же голова пока ещё довольно пустая.

Филь насторожился: отпускать подобные реплики было не в характере Схизматика.

«Может, его и впрямь подменили?» – подумал он.

Ян, сидя рядом на табурете, коротко рассмеялся.

– Альбертус Магнус, – проговорил он это имя на латыни, копируя интонацию профессора, – скорее обычный мошенник, распускавший сам про себя небылицы, потому что не в человеческих силах столько знать и уметь, сколько ему приписывают.

Класс притих.