Школяр

Склонив голову набок, профессор мягко пояснил:

– Да хотя бы этот ваш пастух, чтобы не ходить далеко за примерами… Мне неловко это говорить, но насколько он старше нашего драчуна, раза в два? А насколько тяжелее, раза в три? И кто поверит словам подобного трусишки? Гестор, я бы взял на себя смелость предложить вам не вытаскивать сегодняшний прискорбный конфликт на яркий свет. Лучше будет и для вас, и для нас, если мы замнём его прямо сейчас, особенно для вас. Ведь если эта история разлетится по свету и Империя узнает, что в местной деревне не всё хорошо с мужеством имеющегося здесь населения, то вам, как главе…

Староста потемнел лицом и воскликнул:

– Ладно, ладно, забирайте своих бандитов, но лучше им никогда здесь больше не показываться!

– Премного вам благодарен, – с готовностью ответил профессор и галантно поклонился.

 – Разрешено ли нам будет воспользоваться нашей общей рекой для катания на санях? Мы как раз подумываем заняться этим в следующие выходные, а то и завтра.

– Только на наш берег не вылазьте, – угрюмо кивнул староста.

– По рукам, – согласился профессор. – Жду от вас утром калькуляцию ущерба! – Он подтолкнул Филя с Яном к телеге, шепча: – Живо туда, и скажите Якобу, пусть гонит в Алексу…

Проложив для них путь сквозь немногочисленную с этой стороны толпу, профессор взял старосту под руку и пошёл с ним не спеша, словно прогуливаясь по летнему лугу.

– Ах, какое здесь чудное небо! – воскликнул он, восхищённо задрав голову.

 – Скажите, уважаемый Гестор, вам в вашей жизни выпадало когда-нибудь наблюдать солнечное затмение? Это совершенно потрясающе! Нам здесь предстоит увидеть одно, нескоро, правда, зато полное. Я заранее приглашаю вас, Гестор, у нас есть замечательнейший прибор для таких наблюдений, его соорудил… кто бы вы думали…

Когда Якоб развернул телегу, деревенские сообразили, что добыча уходит из рук.

– Держи их! – гаркнули разом несколько глоток, и самые шустрые успели выбежать перед телегой, пока она не разогналась.

– Ну-ка, освободите дорогу, а то вы меня знаете! – крикнул им Якоб и замахнулся на них кнутом.

Как бы ни был он мал в свои шестнадцать в сравнении с взрослым мужичьем, те стушевались и отступили. Остальные, опасаясь обгонять профессора, бочком протискивались мимо него и старосты по обеим сторонам дороги и только потом принимались бежать.