Тень с человеческим лицом

– Все бы отдала, чтобы увидеть отпечатки автомобильных колес, – замучено прохрипела Джеффа, запнувшись об одну из углубленных в песок тонких полосок.

Тэнтар метнулась к растущим у обочины кустам, протянула руки к яркой птичке на ветке. Спустя миг пташка была схвачена, но нежно, аккуратно и любя, отчего даже чирикать не перестала.

Теллиса с завистью наблюдала за ними. Она не переставала удивляться Тэнтар, поражаться тому, что все произошедшее с ними нисколько не изменило девушку. Они за какую-то неделю пережили такое, что не могло привидеться и в страшном сне: попали в древний мир, наяву узрели чудовищных лесных монстров, даже пытались сражаться с ними.

На плечи многих давил тяжелый гнетущий отпечаток случившегося. Все стали намного серьезнее, молчаливее, даже грустнее, с Гхолалом вообще творилось что-то непонятное. Прошлой ночью, проведенной, как и предыдущая, практически без сна, кричал так жутко, что кровь стыла в жилах, утром ходил с таким трудом и мукой, будто гору на себе нес, о чем-то постоянно думал.

Но Тэнтар была абсолютным исключением из всего их небольшого отряда. Да, она сильно перепугалась, увидев первый раз в жизни настоящее чудовище, была парализована изумлением от новости о том, куда их всех занесло. Но эти чувства не прожили в ней и дня, моментально сменившись иными размышлениями. Да и ее страсть ко всякого рода птичкам настораживала – подобная фанатичная любовь явно попахивает психическим отклонением.

Теллиса покрутила головой, выходя из солнечного и душного оцепенения, а разгулявшаяся мысль все набирала обороты.

Умственное расстройство Тэнтар может прогрессировать, как раковая опухоль, и принести, в конце концов, ужасные последствия. В лучшем случае она посчитает себя какой-нибудь собачкой или кошечкой, а в худшем уверит себя в том, что суждено ей быть змеей либо осой, чтобы в ночной тьме накидываться на спящих людей с ножом…

– Она похожа на колибри, но окраска чуть светлее, – рассек мысли Теллисы счастливый голос Тэнтар.

Спустя минуту птица была отпущена, ноги вновь принялись выбивать пыль из дороги, чтобы замереть чуть позже. Сразу за поворотом взглядам путников открылся город, тот самый, о котором рассказывала Черрленн и в котором сама девушка никогда не была. Глядя на могучие ворота, собранные из цельных стволов огромных деревьев, стена в разгромленной деревне показалась смешным заборчиком, разве что от муравьев.