Пацан

Потерев пострадавшую челюсть, байкер злобно оскалился: – Ты же не думаешь, что пара случайных попаданий сможет свалить меня?

Защитная аура изрядно уменьшила урон пропущенного удара, вот только их сила, явно увеличенная приличным количеством слоев оппонента, оказалась неожиданно немаленькой, больше походящий на девятый-десятый уровень.

– Развлекайся, – спокойно махнул рукой Лоуренс, продолжая приглядывать за окружающим пространством, – только не затягивай, иначе Винс вмешается.

– Почему это я? – недовольно возмутился толстяк, поворачиваясь к зеленоголовому.

– Почему бы и нет? Тем более, вдруг у бродяги есть что-то пожрать? – пожал плечами несостоявшийся инженер, присмотревшись к сумке.

– Иди к черту, я тебе не свинья. Ты погляди на него – он, скорее всего, питается объедками из мусорных баков, – с отвращением передернулся лысый здоровяк, смотря на откровенное тряпье на деревенщине.

– Хм, – задумчиво произнес Лоуренс, оценивая напарника. Замечая эту демонстративную насмешку, Винс чуть не взбесился, но худощавый успел проговорить: – Я шучу, дружище, просто шучу.

Но все же, скорее всего, тебе придется вмешаться, а иначе Сэму начистят рожу, – указал он на вновь отлетевшего назад байкера.

В полете буквально впечатавшись спиной в кирпичную кладку, он оставил заметный след после себя. Целая сеть трещин покрыла стену, а многочисленные обломки начали ссыпаться на землю. Ошеломленный бандит после небольшой задержки вытолкнул себя из появившейся вмятины в ранее ровной поверхности, злобно оскалившись.

– Урою!!! – яростно прорычал Чистюля, окончательно входя в боевой раж.

Вспыхнувшие пламенем кулаки продемонстрировали активированную форму, а бандит вновь попытался рвануть на бродягу. Впрочем, в этот раз незнакомец перестал щадить противника, явно решив развить наступление.

Стопа в черном ботинке впечаталась в лицо Сэма, вновь отбросив его назад. Не замедляясь, неизвестный прыгнул вслед за улетевшим противником, но в схватку, наконец, вмешался Винс.

Лысый здоровяк на удивление быстрым для своих габаритов взмахом дубинки отправил в полет бродягу. Последний еще не успел приземлиться, как из асфальта выстрелил каменный шип, лишь чудом не нанизав на свое острие человеческое тело. Откатившись в сторону, деревенщина кувырком ушел от огненного дыхания, выплеснувшегося потоком изо рта Чистюли. Потрепанная одежда мгновенно начала тлеть, но бродяге было не до этого – поток разнообразных ударов не прекращался.