Мастер паутины

Магистрат занимал весь первый этаж старого дома и имел свой отдельный вход. Второй этаж и третий принадлежали каким-то крутым бандюкам из соседних парадных. Неплохо, наверное, иметь по двадцать или тридцать комнат в квартире. У Магистрата было двенадцать, и то в них можно было прятаться.

Я вошел в зал и вежливо поклонился. Так здесь принято. За большим круглым столом, накрытым алым бархатистым сукном, сидело несколько человек.

Собственно, хозяева квартиры и верховные магистры – Саманта и Кучер. Саманта – уже достаточно взрослая женщина лет тридцати пяти, с вытянутым бледным лицом, растрепанными волосами и вечными темными кругами под глазами.

Я бы не мог назвать ее красавицей, но знал, что такой осенний хандрящий типаж нравился многим мужчинам. Саманта всегда была сама в себе. Перед ней стоял здоровенный кусок темного хрусталя, в который она таращилась, по-моему, все свободное время. Справа от женщины сидел Кучер – уже пожилой уставший дедок с длинными седыми усами. Он всегда носил черную широкополую шляпу, настолько огромную, что даже упоротые мексиканцы завидовали бы ему. Кучер считал, что такая же была у самого Одина, и поэтому не расставался с ней даже в помещении. Еще старый волшебник пару лет назад сверзился с лестницы, будучи подшофе, и налетел глазом на перила. В общем, схожести с Одином у него прибавилось. Конечно, никому нельзя было напоминать об этой неудаче, а сам Кучер придумал крутую историю, что сам удалил себе глаз, дабы увидеть великую мудрость древних богов. Будь мне лет десять или там шесть, я бы, конечно, такому дедуле поверил, но мне было уже двадцать два, и я почти пять лет носился по всяким сектам, тусовкам магов, сборищам всяких поехавших, поэтому меня такой историей удивить было нельзя. Я знал ребят и покруче. Такие байки рассказывали, мне аж страшно становилось. Да и сам я мог придумать ничуть не хуже.

Дальше за столом сидел Антон – тупой гондон. Этот паренек владел собственной фотостудией и обожал снимать всякую эротику. Человек он был нервный, слегка полноватый, с густыми рыжими волосами и бакенбардами.

На шее у него всегда болталась маленькая «Лейка». Я сначала вообще не понял, зачем такой болван нужен в Магистрате, но потом все встало на свои места. Антон очень хотел принадлежать к настоящим магам и поэтому носился возле них и постоянно фотографировал. Это многим тешило чувство собственной важности. А еще он нередко приводил новых симпатичных девушек, которые участвовали в ритуалах Магистрата.